— Где в настоящий момент самолёт ДРЛО?
— Летит вдоль северного побережья Бразилии в вашу сторону.
— Авианосец?
— «Уосп» подошёл к двадцатимильной зоне, но остаётся в международных водах. Полчаса назад с его палубы стартовал штурмовик «Супер Хорнет».
— Бразильцы знают о нашей миссии?
— Что за вопрос, «сто седьмой»? — донёсся голос полковника Семёнова. — Всё оговорено на всех уровнях. Если американцы начнут хамить, их встретит береговая охрана плюс авиация. Работайте спокойно.
Афанасий испытал секундное облегчение, услышав голос начальника управления. На родине следили за посланцами и готовы были прийти на помощь, это радовало.
— Кроме того, в вашу сторону направлен «Белый лебедь», в пику авианосцу, так что вы не одни.
Афанасий и Костя переглянулись.
«Белым лебедем» называли стратегический бомбардировщик «Ту-160», способный летать со скоростью две с половиной тысячи километров в час и поражать цели на расстоянии до пятисот километров, не заходя в зону поражения зенитно-ракетных систем. И хотя в данном случае он не мог помочь экипажу «Ила», зато, представляя собой грозную силу, способную утопить любой авианосец, привлёк к себе внимание противника.
— Центр, ещё вопрос: беспилотника «Х-37» не видно?
— Все четыре вне зоны видимости, мы их пока не видим. Предупредим, если заметим.
«Ил» привычно пошёл по кругу радиусом в сорок километров, освещаемый лучами опускавшегося к горизонту солнца то слева, то справа, то оказываясь над океаном, то над сушей.
Афанасий поговорил с Олегом, уточняя характеристики ПНД, снова занял командирское кресло, сдерживая рвущиеся наружу негативные эмоции. Но Олег сам позвал его, пребывая в непривычном для себя состоянии мрачной меланхолии.
— Поди-ка…
Афанасий, чуя недоброе, молча последовал за ним.
Майор садиться не стал, остановился в проходе.
— Понимаешь, какая штука… это всё неспроста.
— Ты о чём? — не понял Афанасий.
— Я проанализировал все погодные аномалии за полгода. Из них только две естественного происхождения, остальные созданы искусственным путём. Всего я насчитал двенадцать к-атак на разные регионы мира, эта — бразильская — тринадцатая.
— Ну и что из этого следует?
— По данным нашей разведки, американские «Зевсы» концентрируются у границ России, зафиксировано уже пять кораблей, да плюс стационарные «Харпы» в количестве пяти штук. Их конфигурация такова, что поля всех станций полностью перекрывают территорию России и Китая.
— Допустим, что дальше.
— Это заставляет предположить…
— Не мямли! — рассердился Афанасий.
Олег вскинул на него глаза, покривил губы в нерешительности.
— Все мы сошлись на мнении, что американцы что-то готовят. Так вот я знаю, куда они нанесут главный удар, причём уже не климатический, а геофизический.
Афанасий сузил глаза, и Олег закончил почти шёпотом:
— Урал.
— Почему Урал?
— Уральский хребет — это стык континентальных плит Европы и Азии, зона колоссальных астеносферных напряжений, подзатихших в последние десятки тысяч лет. Если ударить электромагнитным полем, как копьём, в эту зону, под хребет, в точку субдукции, землетрясение неминуемо сотрёт с лица Земли почти всю Россию. А выглядеть всё будет как природный катаклизм.
Афанасий сжал зубы.
— Расчёты твои кто-нибудь проверял?
— Я пока никому их не показывал. И ещё: для проверки правильности своих идей американцы сначала ударят по Камчатке, в зону вулканической активности. А когда мы бросим туда всю технику МЧС, наши «Коршуны» и «Тополя», они нанесут удар по Уралу.
— Понял тебя, займись делом, я доложу Семёнову.
Олег с облегчением вздохнул, сел на место, привычно опустил руки на клавиатуру ноута.
Афанасий помедлил, укладывая в голове полученную информацию, масштабы грядущих событий потрясали, если верить сказанному, но отвлекаться на их оценку было некогда, начиналась самая ответственная фаза операции, и мысли вернулись к реальным событиям «здесь и сейчас».
— «Сто седьмой», авианосец вошёл в территориальные воды Бразилии, — доложил оператор. — В вашу сторону запущены ещё два «Лайтнинга».
— Бразильцы не реагируют?
— Пока молчат.
— Не нравится мне это, — процедил сквозь зубы Костя.
— Придётся драться, — легкомысленно предположил второй пилот.
— Придётся — будем, — поморщился Афанасий, — но лучше бы обойтись без драки.
Прошёл час, за ним второй.
Ничего особенного не происходило.
Авианосец медленно дрейфовал к берегам Бразилии, запуская каждые полчаса штурмовики, которые долетали до побережья и поворачивали обратно, словно дразнили ПВО страны.
Самолёт дальнего радиолокационного обнаружения «Е-3АМ» по-прежнему кружил над океаном в ста километрах от побережья, но ему и не нужно было приближаться к границам Бразилии, его аппаратура позволяла обнаруживать цели на дальности до двух тысяч километров.
И по-прежнему на манёвры американских лётчиков не обращала внимания береговая охрана Бразилии, ни разу не подняв в воздух самолёты-перехватчики.
— Центр, почему бразильцы не реагируют на полёты американцев? — осведомился Афанасий. — Ведь они не могут не видеть, что самолёты с авианосца вторгаются в воздушное пространство страны.
— Ведём переговоры, — отозвался Семёнов, взявший на себя роль главного координатора центра. — Военная система другого государства — тёмный лес, у них свои резоны.
— Мне нужна связь с нашим бомбером.
— Дай задание пилоту, он знает закрытые каналы связи.
Костя поднял вверх указательный палец, что означало: дай мне минуту.
Действительно, не прошло и минуты, как в наушниках шлема заговорил молодой энергичный голос:
— Я борт «сорок три» ВВС России, полковник Сидоров, слушаю вас.
— Я борт «сто семь» спецмиссии, полковник Пахомов, — сказал Афанасий. — Нас уже засекли, скоро последует реакция, сможете помочь?
— Полностью в вашем распоряжении.
— Возможно, придётся отбить нападение.
Командир «Белого лебедя» помолчал.
— Согласно инструкции я могу ответить лишь на прямую атаку.
— У меня карт-бланш на привлечение любого технического средства для отражения воздушного и иного нападения на самолёт. Задача — сохранение гостайны.
— Понял, включаемся по полной. Хотя мне придётся доложить о ваших решениях командованию базы.
— Докладывайте, пусть свяжутся с моим командованием.
— «Сто седьмой», в бухте Сан-Маркус замечен американский корабль, — донёсся тревожный голос дежурного центра, — один из серии «исследовательских». Не исключено, что на его борту установлен «Зевс».
— Чёрт с ним, — мрачно ответил Афанасий, — нам он до лампочки.
— Полковник, на мой взгляд, события начинают выходить из-под контроля, — подсоединился Семёнов. — Что-то здесь не так. Уж слишком демонстративно американцы двинули к Бразилии авианосец. Мы увязли в переговорах с бразильской стороной. Ни министр обороны, ни премьер недоступны. Что-то назревает.
— Я об этом уже подумал, — признался Афанасий, приводя себя в привычный боевой режим. — Я могу рассчитывать на… — он не договорил.
Упавшая с неба метеоритная глыба едва не проломила череп — таково было первое впечатление. По телу прокатилась волна слабости, желудок сократился, едва не извергнув содержимое.
Вскрикнул Витюша, выругался Костя.
— Командир, что происходит?! — сунулся в кабину Дохлый.
— Уйди! — выдохнул Афанасий, пытаясь справиться со слабостью и болью в голове. — Костя, манёвр ухода!
«Ил» круто устремился к земле.
— «Сорок третий», я атакован!
— У меня на радаре чисто! — всполошился командир «Белого лебедя». — Кто вас атаковал?
— Это лучевая атака… в заливе замечен американец… на его борту излучатель…
— Полковник, я не имею права открывать огонь в таких условиях! Там люди!
Волна боли едва не погасила сознание.
— Думай, что можно предпринять! Ещё немного, и мы грохнемся!
— Даю в эфир «соску»!
— Ни в коем случае, это не поможет! Свяжись с бразильским центром поддержки полётов! Но не указывай нашу принадлежность.