Приведём ещё одну цитату из Т.Л.Мироновой: «Законы словесного воздействия срабатывают помимо воли человека, и он с тупым упорством начинает стремиться к наслаждению – в еде, в любви, в любом своем поступке, ища только этого и интуитивно избегая всего, что может помешать наслаждению – избегая жертвенного служения Отечеству, нарушая сыновний долг, скрываясь от армии, пренебрегая родительскими обязанностями, никогда не рискуя перед лицом опасности жизнью, ведь ею велено лишь наслаждаться.
Очень активно словесные матрицы удовольствия внушаются через бесчисленные «развлекаловки» и «хохмы». Состояние, в которое впадают пришедшие за удовольствием люди на «сеансах» смеха, сродни психически болезненному состоянию эйфории, когда деятельность больных расторможена, наблюдается дурашливое поведение и расстройство критического мышления. Сама жизненная программа, которая навязывается людям, склонным к удовольствиям, сродни психозу эйфории, при котором больной не может воспринимать и здраво оценивать происходящее».
Сегодня юмористический жанр сверх всякой меры заполонил теле- и радиоэфир, стал важнейшим оружием массового поражения, породив в оппозиционной прессе термин «смехофашизм». С помощью «смехаческих» театральных коллективов любая тема переводится в плоскость пошлости. Юмористы высмеивают нравственность и скромность, доброту и патриотизм. Они до слёз хохочут над русской культурой и русскими традициями, над русской историей и русскими святынями. И вместе с ними покатываются со смеху толпы зрителей – те, кому предназначено умереть от этого смеха. Зрители не просто смеются над собой, они смеются над собственной гибелью.
Для обработки сознания используется фальсификация истории, обильно льющаяся с телеэкранов, из книг и газет. Для организации фальсификаций призваны такие крупные «специалисты», не замеченные ранее в исторической науке как Радзинский, Вульф, Веллер. Обратим внимание на этническую однородность этих бойцов информационного фронта, что даёт новое подтверждение теории заговора, умножает ряды антисемитов.
Как отмечает Т.Л.Миронова «Особое внимание политтехнологи уделяют словесным внушениям, формирующим рефлекс равнодушия к судьбам своей страны и своего народа. Первое – это уничтожение памяти.
В борьбе с народной памятью очень важна передозировка информации. Когда в человека впихивают, вбивают, грузят тонны информации ему не нужной, праздной, глупой, память рушится под непосильной ношей вестей, отказывается служить.
Второе направление – это лживое изображение истории нашей Родины. Радзинские, парфеновы, млечины, сванидзе делают это умело и расчётливо, возводя камень за камнем кособокое и шаткое здание виртуального прошлого великой Российской Империи. … Современная Россия тоже предстает с экранов в виртуальном изображении – придуманный образ нищей страны, не способной ни прокормить себя, ни защитить, и такой же лживый образ народа – пропойного, неумелого, неразумного, вороватого, спасти который может лишь иноземная опека».
Одно из главных направлений информационной войны – сделать человека эгоистом, абсолютно не интересующимся тем, что происходит за порогом его дома, дачи. Космополит, «гражданин мира», не привязанный к какой-либо стране, забывший о понятии «Родина» - вот что хотят вылепить из человека глобализаторы.
Дадим опять слово Л.Мироновой. «В подсознание человека в хорошо унавоженную почву беспамятности, исторического космополитизма, отстраненности от боли и бед родной страны, проникают словесные матрицы апатии и безразличия.
Судьбу страны решают без меня, поэтому надо думать только о себе.
Что я могу сделать один?
Если буду сопротивляться в одиночку, могут убить (в вариантах – выгнать с работы, расправиться с детьми).
Страх перед жупелом насильственной смерти, трепет перед мнимой опасностью для семьи и фантом вездесущего провокаторства, парализующие волю совестливого человека (бессовестные граждане давно сагитированы призывами жить ради удовольствий и наслаждений), – всё это воспитывается исподволь через ряд хитроумных словесных трюков. Нас запугивают, вынуждают шарахаться от малейшей опасности для себя и близких, проводя через шквал сюжетов криминальной хроники. Страх глушит совесть, возмущение, протест. Мы приучаемся внимать событиям равнодушно, инертно: «А! Делайте, что хотите, мне всё равно».
Такая запрограммированность поведения погружает человека в омут апатии, которая сродни болезненному состоянию, свойственному шизофреникам. Психологический настрой «что я могу сделать один» формирует массы психопатов с ярко выраженным синдромом «окаменённого нечувствия», равнодушия к судьбам своей страны и своего народа».