Осеннее утро выдалось пасмурным. Свинцовые тучи грозно довлели над землёй. Ещё немного, и они прольют холодный дождь, умывая пыльный асфальт. Я успел дойти до леса, прежде чем с небес упали первые капли, которые были удержаны желтеющей листвой.
Лес. Такой древний. Такой неизменный, но из раза в раз новый. Я изучил здесь все тропинки, кусты и деревья, но каждый раз, заходя под его сени, я будто открывал всё заново – влажный запах, мягкую землю, величественные стволы.
Только здесь я по-настоящему один, но в тот же час не одинок. Ни одной прочей души, только моя. Всё это представляет мне возможность о многом поразмыслить и ненадолго позабыть о невзгодах.
Только вот в последнее время на окраинах леса всё чаще встречаются иссохшие деревья и пожухлая трава, будто их поразила какая-то неведомая хворь. И с каждым днём она распространяется всё дальше. Способен ли кто-то это остановить?
Прохладный осенний ветер напомнил мне о приближении вечера. Условленное время близилось, и нужно было идти. К тому же, все дела были окончены, и ничего более не мешало отправиться домой.
Привычной дорогой я вышел из леса. Опушка хороша продувалась, но также открывало чудесный вид на город. Темнеющее небо вновь постепенно затягивалось тучами. Они словно капля чернил, планомерно разливающаяся в воде.
Город, как всегда, заканчивал дневную смену и готовился к отдыху. Сверху на него опять пролился дождь. Мелкие прохладные капли забарабанили по остывающим крышам.
Люди сегодня были не особо приветливые. Они спешили, многие не отвечали на приветствия, а некоторые и вовсе не замечали, как сталкивались со мною плечами. О прежних радушных лицах сегодня можно было и не вспоминать.
Пёстрые окна жилых домов в этот вечер выглядели не столь разнообразно. Многоцветием они не отличались, а праздничные украшения были сняты. Лампочки в некоторых окнах мерцали, грозясь вот-вот погаснуть, дополняя царившее вокруг осеннее уныние.
По мокрому асфальту пробежала бездомная кошка. Она даже не старалась обегать лужи, просто неслась по прямой. Секундой позже стало ясно почему. За ней следом гнались сразу четыре взъерошенных собаки. Они пролетели мимо меня, едва не сбив с ног. Надеюсь, кошке удастся от них оторваться.
Издали меня приветствовал мой дом. Старый и обшарпанный, будто построен был лет эдак сто назад. В подтверждение тому с крыши с грохотом упал большой кусок шифера, оставив выбоину на асфальте. Давно уже пора заняться ремонтом. От сборов и обещаний починка сама не случится.
Семья уже сидела за столом в ожидании меня. Супруга была в приподнятом настроении и уже при параде, чего нельзя было сказать о детях. Они выглядели грустными и понурыми.
- Что-то случилось? – спросил я у них, когда ужин, наконец-то, начался.
- Да вот, - ответила мама за детей; от её настроения не осталось и следа, - сынок тут наш из школы тройку принёс. Впервые. Дожили!
На бросил на мальчика вопросительный взгляд.
- Учитель сама виновата. Прикопалась ко мне на ровном месте, - попытался оправдать ребёнок.
- И ты решил ей отомстить заваленной контрольной. Теперь то она, конечно, почувствует свою вину, - покачал я головой.
- Да и дочь у нас не отстаёт. Сама скажешь или мне помочь? – мать семейства уже начала заводиться.
- Я разбила вазу, - недовольно буркнула девочка.
- Ну-ка, - резко сказала женщина, призывая дочь дополнить.
Девочка вздохнула и добавила:
- Я разбила мамину любимую вазу.
- Как так получилось?
Дочь опять посмотрела на недовольную маму, та движением головы разрешила рассказать.
- Баловалась, не слушалась…
- И в итоге сломала дорогую маме вещь, но что ещё хуже, ты могла пораниться осколками. Надеюсь, ты вынесла необходимый урок из этой ситуации. Я надеюсь, вы оба сделали это. А теперь давайте продолжим ужин в хорошем настроении. Я и так вас сегодня не узнаю. Не будем долго задерживаться на этих происшествиях, но я всё-таки надеюсь, что такого больше не повторится.
Остаток ужина прошёл спокойно. Мы наказали старшему следить за младшей в наше отсутствие. Ко всем вечерним процедурам я и супруга должны были вернуться.
Театр был недалеко от нашего дома, буквально в паре кварталов. Добрались мы вовремя.
Здание встречало нас яркими огнями, направленными на стены и улетающими в небо. Швейцар услужливо открыл перед нам двери и пригласил войти. От обширной внутренней залы голова пошла кругом – картины, шторы, светильники. Куда ни глянь – всюду элементы декора пытались поразить своей вычурностью.
Сотрудники театра приняли у нас одежду, проверили заранее купленные билеты и проводили в главный зал, где вскоре должно состоятся представление.