И одно было известно точно: эти твари злобные, агрессивные, и их можно убить только с очень большим трудом. Хороший способ — взрывчатка. Еще один неплохой — это тяжелый крупнокалиберный пулемет, который при попадании в человека оставляет дырку с кулак, да и с такой тушей может справиться. Или что-нибудь покруче, вроде винтовки "Лобаева", крупнокалиберной. Там и с безопасного расстояния отработать можно.
Я не знал ни видов, ни уязвимых мест этих монстров, никогда не готовился сражаться с ними. Их просто признали неудачным экспериментом, и в Африке, например, не использовали. К тому же для выполнения боевых задач помимо обезлюживания территории они, откровенно говоря, не годились. Слишком агрессивные и неуправляемые.
Да уж, с пистолета в моей руке толку определенно не будет. «Винторез»? Ну он, может быть, и справится. Хотя сейчас и узнаем, потому что тварь явно не удивилась встрече с кучей разумных. Скорее она выбирает, кто из нас наиболее опасен, чтобы напасть первым.
Ученые замерли, замолчали, даже тот, которого я душил, замер не месте, не попытался скрыться среди своих. Несколько секунд это продолжалось, а потом монстр, издав воинственный визг, бросился вперед.
И началось. Ученые принялись разбегаться в разные стороны с воплями и криками, кто-то из них побежал в сторону входа, другие попрятались среди оборудования. И это на несколько секунд дезориентировала монстра, что дало мне возможность уклониться от удара его передней лапы.
На нем был костяной нарост, что-то вроде пилы, только во всю длину. Возможно, модифицированное копыто, может быть, еще что-то, но я понимал, что его удар — это смерть. Более того, даже если меня не порежет так сильно, то та дрянь, которая у него на пиле, наверняка заразит меня чем-то.
Я уклонился, сместился в сторону, тварь пронеслась мимо, но ее забег не пропал зря: под удар второй лапы попал один из замешкавшихся ученых, и она попросту отрезала ему голову, которая отлетела в одну сторону. Из сосудов шеи вырвался фонтан крови, забрызгивая все вокруг, и только потом труп упал на землю.
Выронив пистолет, я схватился за винтовку, вскинул ее, нажал на спуск, но монстр каким-то неуловимым движением ушел с линии прицела. Я выстрелил еще раз и еще, то пули летели мимо. И это при том, что тварь стояла ко мне спиной. Как у нее это получается, глаз-то на затылке у нее нет.
Все-таки опрометчиво было оборудовать лабораторию здесь, в Старой Москве. И если звуки генераторов особого внимания мутантов не привлекали, то со стрельбой, похоже, имелась четкая ассоциация: там, где раздаются эти громкие и резкие щелчки, всегда есть добыча. Или трупы, которые можно сожрать, ведь если стреляют, то так или иначе кого-то убивают.
Резко развернувшись на месте, тварь рванулась на меня, и я, уже не щадя оружие, выпустил по ней длинную очередь на половину магазина. Благо отдача у «Винтореза» была вполне терпимая, а с учетом моих протезов, да прошивки на автоматическую компенсацию, я ее вообще практически не почувствовал.
Пули немного замедлили монстра, и это все, чего я добился. Он все равно рывком преодолел расстояние до меня, снова махнул своей пилой. Сработал ускоритель рефлексов, я умудрился уклониться, сместившись в сторону, приставил ствол к суставу одной из его задних лап, практически уперся в него глушителем…
Но на спуск нажать не успел. Тварь резко рванулась в сторону, врезалась в меня всем телом, отбрасывая назад. Не удержавшись на ногах, я отлетел на пару шагов и рухнул, но оружия не выпустил. Монстр рванулся в мою сторону, я выстрелил наугад, и умудрился выбить ей один из глаз.
Огнестрельное ранение головы. Повреждение глаза. Нарушение зрения.
Тварь взвизгнула, но даже не остановилась, я перекатился в влево, туда, где она теперь не могла видеть, и она пробежала мимо и резко встала на месте. Я замер, задержал дыхание, надеясь, что она меня не услышит, тем более, что источников шума вокруг было достаточно, ученые продолжали ломиться прочь. А от входа были слышны неразборчивые вопли, полные ужаса, что наводило меня на нехорошие мысли. Но пока что я отбросил их.
Вот ведь тварь, в цеху и снаружи достаточно мяса валяется, мало что ли СБшников «Биотики» я сегодня убил. Но вместо того чтобы спокойно и мирно жрать эту падаль, тварь атаковала. Впрочем, понятно, инстинкт выживания, голод, у нее выдавлены на второе место. А на первом — жгучая нужда убивать. Есть такие хищники, которым не так важна добыча, как процесс.
Один из них, кстати говоря, это человек.