И это правильно. Хотя двое дерзких одиночек не могут стать такими фигурами, чтобы их нельзя было просто смахнуть с доски. Впрочем, мы ведь не одни. Есть еще какой-то Нано, который помог нам, есть тот же Макс, который рискует для того, чтобы разыскать для меня информацию, и уверен, что в случае чего легко прикроет спину. Нас уже не так мало.
Да и если не мы, то кто, верно? Мы показали «Когисофту», чего мы стоим, пусть и не вдвоем, а с привлеченными наемниками. И нет теперь «Когисофта». Мы можем пытаться диктовать свои условия.
Я усмехнулся, размял шею, дотронулся рукой до трубки, которая торчала из-под бронежилета. Интересно это, конечно, чувствовать себя значимым парнем, диктовать свои условия пиджакам. Неосмотрительно? Конечно, да только вот иначе уже не получится. Влез в дерьмо по шею, так выкарабкивайся.
А вкатиться в историю ты рискуешь в любой момент, даже если просто поможешь девчонке отбиться от хулиганов — насильников, как я это сделал в самом начале своего пути. И к чему это привело? Да по сути к началу моей войны.
Определило мое будущее.
Хочешь жить спокойно? Тогда не выходи из дома, найди себе удаленную работу, карточки заполнять на маркетплейсах, и занимайся рутиной изо дня в день. И то имеются риски.
В Новой Москве жизнь совсем другая, в Новой Москве ты живешь быстро.
Подумав, я включил радио, и услышал относительно знакомый голос, где-то я его слышал, пусть и звучал он тогда гораздо более агрессивно. На фоне риффов с отчетливым панковым звучанием кто-то надрывался.
Раздобудь себе кожанку и ствол
Уволься с работы и иди на биржу!
На хрен дофамин, даешь кортизол!
Тебе никогда не увидеть Парижа.
Новая Москва — это наш дом,
Наша колыбель и наша могила,
Троя и Помпеи, Гоморра и Содом.
Вера мертва, а надежда погибла.
Интересно. А ведь именно так мы и живем.
Уж не знаю, какой смысл пытался вложить автор в эти слова, но мне в голову пришла достаточно интересная мысль. Все мы благословлены и прокляты, все мы живем в Новой Москве. И тут можно влипнуть в историю, даже когда едешь на работу из дома.
И если вчера ты спокойно работал на заводе, проедал и пропивал зарплату, не выходил из дома, то сегодня может оказаться, что все твое имущество составляет кожаная куртка и пистолет. И не по твоей воле, просто так сложились обстоятельства.
А выходит, что? Надо просто быть готовым. А я готов, как никто другой, я могу постоять за себя, что доказывал уже не один раз. Так почему я должен бояться этих корпоратов? Наоборот, это они меня должны бояться, из нас охотник — это я. Как меня называют журналисты и недруги, Хантер-Киллер. Наверняка ведь Шерлок это в массы пустил, с него станется, я сам никогда себя так не называл.
Музыка затихла, и диктор стал читать сообщения, которые присылали ему на станцию, это была развлекательная станция, не новостная. Кто-то приветы передавал, кто-то поздравлял друзей с днем рождения, а другие прикалывались. Даже Яша Лава один нашелся.
Жизнь шла своим чередом.
Глава 24
Я стоял перед дверью и думал: позвонить в звонок или просто открыть дверь руками. Не знаю, свалил ли уже корпорат, или до сих пор сидит дома, но Шерлок пока что его так и не засек. А у него достаточно много возможностей отыскать человека, если это ему нужно.
Нет, я бы, пожалуй, спрятаться от всевидящего ока хакера сумел бы, если бы вставил себе в башку блокирующий чип и укрылся где-нибудь на дне города. Не факт, что корпорат не поступил так же. У таких как этот должно быть чутье на опасность.
Когда причиняешь вред кому-то другому, надо всегда быть готовым, что причинят вред тебе. Наказание неизбежно, и на этот раз карающей дланью стану я. Не знаю, господней или еще кого-то, про справедливость и говорить нечего. Нет в Новой Москве никакой справедливости. Но я изо всех сил пытаюсь ее восстановить.
Наконец, решив, что тут же не до сантиментов, я просунул пальцы между створкой и косяком, надежно обхватил дверь и рванул ее в сторону, что было сил. Несколько секунд замок сопротивлялся, но потом сдался, и дверь отворилась. В моей правой руке уже был пистолет, я сделал шаг внутрь. В помещении было светло, и это меня обнадежило.
В прихожей никого не было. Я двинулся в гостиную, убедился, что и тут никого нет, заглянул на кухню. Оставалась только спальня.
Квартира была большой, просторной, да и в целом оказалась размером с три-четыре халупы, в которых проживают жители Новой Москвы. Помимо всего прочего, она была еще и хорошо отделана и обставлена, здесь немало предметов интерьера и декора. Я заценил, пока проверял.