Я скрипнул зубами и опрокинул в себя оставшееся в бокале пиво. Чего он во мне копаться решил? Мотивы лейтенанта до сих пор были мне не ясны. И надо бы, пожалуй, поговорить и об этом.
— Так чего тебе от меня нужно-то? Ни в жизнь не поверю, что ты на меня случайно наткнулся.
— На самом деле реально случайно, — ответил он. — К нам наводка поступила, что Фрин закупил большую партию наркоты для своего клуба. Вот и ждали передачи, разгрузки и всего такого. А потом я тебя возле клуба заметил, и понял, что все, ловить там нечего.
— Ага, — кивнул я. — Отработал я вашу наводку.
— Да я видел, как его на каталке вывозили. Но вроде не ногами вперед. Тоже не убил. Почему?
— Я не маньяк, Макс, — сказал я. — Я не убиваю без причины. Скажем так, иногда я могу дать человеку второй шанс. И он, мне кажется, понял, что если еще раз свяжется с чем-то таким, то я приеду, и тогда он отправится в переработку.
— То есть ты не только палач, но и судья?
— Я — охотник, — поморщился я.
— Большой злой Хантер-Киллер.
— Не люблю, когда меня так называют. Если уж ты знаешь, кто я такой, называй просто Хантером. Можешь по имени, если так проще.
— Пожалуй, по имени. Мне так больше нравится.
— Лады, — я поднялся из-за стола, взял оба бокала. — Я повторю. Вторые с меня.
— Тогда с меня следующие, — кивнул он.
Добравшись до стойки, я оперся на нее, поставив бокалы, толкнул их к бармену — дородному мужику, который явно сам любил выпить. Он взял, подставил их под струю мойки, после чего спросил:
— Повторить?
— Давай.
Когда бокалы ополоснулись, он подставил один из них под кран, наполняя темным пенным пивом. Вот ведь странное дело. Только сегодня размышлял, что с полицейскими мне не по пути, и что делать с ними мне нечего. А теперь… А теперь так выходит, что сижу с одним из них, да еще и с офицером, в баре, мы выпиваем и мирно ведем диалог. Он не пытается меня задержать. Кажется, совсем наоборот, я ему любопытен.
А судя по общению, парень он неплохой, приятный. Так почему бы не поговорить с хорошим человеком?
Кинув на стойку купюру, я забрал бокалы, после чего двинулся обратно к нашему столику. Уселся, пододвинул порцию лейтенанта ему, поставив на бирдекель.
— Я вот что у тебя спросить хотел, — проговорил он, явно задумавшись. — А что ты чувствуешь, когда их убиваешь? Будто справедливость вершишь? Или что?
— Да ничего не чувствую, — ответил я и отпил ещё пива. — Знаешь, мне кажется, что если ты в таких делах что-то чувствуешь, то все, маньяком становишься.
— То есть психологи, которые книги пишут по твоему портрету и их истории — это всего лишь домыслы.
— Ну не знаю. У меня высшего образования нет, я школу-то не закончил. Так что, думаю, что этим умникам виднее, что и как. У них головы большие.
В ответ на это Макс вежливо посмеялся.
Вечер шел. Мы болтали на отвлеченные темы, я выслушивал полицейского. История стандартная для остальных: работа занимает все время, на жизнь его просто не остаётся. Была девушка, но расстались по той же причине: просто не мог уделять столько внимания, сколько ей хотелось.
Рассказал про несколько последних дел. Как оказалось, он расследовал и мои: пару трупов, которые я оставил, узнал. Но говорить о том, что это я, не стал, хотя он сам догадался. Ну а как иначе: выпотрошенный шкуросъемным ножом, все — бандиты-наркоторговцы. Впрочем, обычно такое скидывались на разборки между конкурирующими бандами, и никто особо не разбирался, кто там и что делал.
Я поведал о своей новой жизни в общих чертах. Рассказал о том, что давно уже не имею собственного дома, потому что свою квартиру продал, а деньги пустил на закупку оружия и снаряжения и оборудование множества тайников по городу. Про Квартал и Боевую Зону пару историй вкинул, тем более, что никого особо не интересовало то, что там творилось. Полиция туда не суется, разве что отрядом спецназа, чтобы взять кого-то из совсем оборзевших отморозков.
Бокал шел за бокалом, а пиво было темным, крепким, так что нас порядком развезло. И тогда он впал в меланхолию.
— Мы ловим, а они выпускают… Мы ловим, а они выпускают, — лейтенант, кажется, потерял нить ведения разговора. — Ну вот как так-то?
— А что поделать, — пожал я плечами. — Система так работает. Я вот никого не ловлю, и никого не отпускаю. Я просто охочусь на них. Видишь врага — убей врага. Особенно, когда он враг не только тебе, но и всем мирным жителям Новой Москвы.
Что-то меня тоже развезло. Хотя, ничего удивительного, пиво крепкое, а в куртке достаточно жарко. Но не то, что снять, я ее даже расстегнуть не могу, иначе все увидят бронежилет. И начнется.