— Смирнов? — Майор лениво отдал мне честь. Потом посмотрел на мои погоны, нашивки на рукаве и только тогда ответил. — Пьяные ваши солдаты, старшина.
— ЧТО?
Я удивился. Где бы они взяли алкоголь? В армии с этим строго. И командир Налбат особо рьяно за этим следит, так что обыски проходят постоянно.
— Позволите?
Майор вальяжно махнул рукой, и солдаты патруля отпустили моих людей. Те и, правда, еле стояли на ногах. Я подошел ближе и стал их обнюхивать. В чем дело сообразил сразу.
— К винограднику бегали, собаки?
Взяв одного из солдат за грудки, я его встряхнул.
— Ну?
— Да, — ответил тот заплетающимся языком.
— Виноградник? — Спросил меня майор, что наблюдал за мной.
— Брошенный. Эти дурни, похоже, наелись забродивших ягод, вот их и повело с голоду. Нам горячую еду уже второй день не подвозят. Питаемся водой и черствым хлебом. Там какая-то диверсия на железной дороге, обещали накормить только вечером.
Майор понял, куда я клоню. Обдумав всё, он отпустил парней.
— До первого залета, старшина. Под твою ответственность.
Я кивнул. Спас дубов от штрафбата. А майор молодец. Не стал ссориться из-за такой мелочи с кудесником. Теперь я его должник.
— Ну чего смотрите? — Крикнул я нескольким солдатам из взвода этих залетчиков, что наблюдали за происходящим со стороны. — Идите сюда и помогите дотащить этих дармоедов до блиндажа. Пусть отсыпаются. Завтра с ними поговорю.
Раздраженный, я вернулся к нашему складу и продолжил проводить инвентаризацию, от которой меня оторвали. Вот и надо было им попасться военному патрулю? Теперь этот майор не отвяжется. Точно потребует отдать должок.
Выбросив проблемы из головы, я продолжил работу. Так. Автоматы АК-12, семьдесят три штуки. Есть. Гранаты Ф-1. Двадцать ящиков. Есть. Я ходил по нашему складу с боеприпасами и проверял все по списку. Когда к нам подвезут новых солдат, нужно будет их вооружить. Это вначале все приезжали на фронт в форме с иголочки и со своим автоматом и бронежилетом. Сейчас склады стоят пустые. Заводы на Урале работают сутками, в три смены, но не успевают производить необходимое нам количество оружия, патронов и обмундирования. Приходится выдавать новеньким вещи снятые с погибших. После стирки, но с дырками от пуль кое-где. Надеюсь ситуация в скором времени изменится.
Каски. Так... Касок нет. Непорядок. Я проверил. Никто их не украл. Все кончились. Как нет и бронежилетов. Запасного пулемета тоже нет. Снайперских винтовок на всю роту три штуки. Сухой паек — отсутствует. Живот заурчал. Когда там уже подвезут жрать? Блин. Допустили диверсантов до железных путей. Как итог, поезд с провизией под откос.
Я так ушел в свои мысли, что не заметил, как мое одиночество прервали.
— Старшина? — Я промолчал, продолжая думать о своем. — СМИРНОВ!
Я вздрогнул и обернулся. Позади меня стоял командир Налбат и церковник.
Как бы недалек я был от монашества и Церкви в том смысле, что молился я, только когда мне было плохо на душе, а в остальное время я о боге и не вспоминал, я знал, что каждой степени монашества соответствует свое одеяние. Чем выше в иерархии стоит монах, тем больше особых одеяний он носит. Так, передо мной был инок. Одетый в черное, символизирующее покаяние и отречение от мира, он внимательно меня осматривал. Он был обряжен в подрясник и пояс. На голове клобук с наметкой. В руке четки.
Афону Налбату очевидно не нравилось находиться рядом с ним, но выбора у него не было.
— Это отец Олег, — представил он светловолосого, средних лет человека с голубыми глазами, что стоял рядом с ним. — Он уже опросил меня и желает пообщаться с тобой. Пойдем, старшина. В нашем блиндаже поговорите.
Он замолчал, а потом добавил, специально для меня.
— А я присмотрю, чтобы чего не случилось.
Я кивнул. Закрыв оружейный склад и убрав ключ в карман, я пошел за командиром, а инок пристроился позади нас, словно отрезая пути к побегу.
Командирский блиндаж был пуст. Ни офицеров, ни связистов. Даже Кирюхина выгнали, отогнав его от печки буржуйки.
— Садись, — неласково приказал мне инок. Я посмотрел на Налбата. Он снова поморщился и кивнул, велев слушаться.
Отец Олег сел напротив.
— Если будешь врать, мы поговорим по-другому. И не здесь.
Я промолчал. Он начал задавать вопросы, на большинство которых мой ответ был, нет. Я и не слышал о таком, о чем он вскользь упоминал. Порталы? Гниль? Связи с ренегатами из моря Лаптевых? Знания от нечистых? Что?
Отец Олег с каждой минутой хмурился все сильней. Его взгляд вперился мне в точку между бровями. Голова разболелась.