Я решил уйти от ответа. Мне и самому все было непонятно. К тому же я помнил выражение лица у грассов во время нашей встречи с ними. Это тогда было, когда я отпустил Арбье. Они почему-то боялись смотреть мне в глаза. Все до единого боялись!
Вечером того же дня у меня появился посетитель. Грасс Куритье. Его, видимо, во время дневных событий не было в замке, а теперь вот прискакал. Раньше при встрече со мной грасс вел себя, с одной стороны, осторожно, как бы прощупывая меня, а с другой стороны, у него проскакивало какое-то пренебрежение к моей персоне. Сейчас же с грассом произошли разительные перемены. Он был обходителен, напористо оживлен, как будто то, что произошло — не более чем пустяк. Со стороны можно было, наверное, подумать, что в этой комнате беседуют давние друзья, один из которых с радостью готов сделать любезность своему собеседнику. Но я-то знал, что это совсем не так. Возможно, поэтому пару раз замечал опасливое выражение глаз, которое Куритье тотчас же сгонял, отводя взгляд в сторону.
Да, надо сказать, сильно удивила местных обитателей демонстрация моей волшбы, а гибель Шапетэ и мага убедила грассов в моей, скажем так, жестокости. Ведь у обоих горло перерезано. А у Арбье — отрезано ухо. К тому же грасс сам встал под мой кинжал. Магия сотворения Зова, как я понимаю, была давным-давно утеряна, и вот какой-то юноша запросто ее демонстрирует. Понятно, что сразу зауважаешь. И опасаться будешь.
Если раньше я допытывался у Куритье насчет моих похищенных денег, то теперь он сам почти сразу же, как только вежливо вошел в комнату, сообщил, что я смогу забрать все у меня украденное. Забрать себе деньги и в придачу… замок. Куритье (думаю, не сам, естественно, здесь ниточка тянется к эрграссу) сообщил, что я теперь владелец замка, которым владел покойный Шапетэ. И могу в любой момент вступить в права владения. Не давая мне и слова сказать в ответ, грасс сообщил, что он лично готов препроводить меня туда.
— Никто не окажет сопротивления, — доверительно сообщил он.
— А кто может его оказать? — для меня это было внове.
— Солдаты бывшего грасса. Но не беспокойтесь, наш эрграсс их перекупит, уже перекупил. Он им дает в полтора раза больше, чем те получали от Шапетэ.
— Да? — я оказался немного растерян. Я еще не совсем понимал, во что вляпался, но чувствовал, что проблем будет порядочно. Теперь у меня и собственные солдаты должны быть? Где их найти? Но нужен ли мне замок? Кстати, Шапетэ был бездетен?
— Нет, — улыбнулся Куритье, — но его дети малы и потому не будут вам мешать.
Не понравился мне этот разговор. Возможно, из-за того, что грасс все время пытался меня задобрить, а вот сейчас выясняется, что у Шапетэ есть дети-наследники. Я же, получается, их выбрасываю на улицу без средств к существованию. Правда, убитый не вызывал никаких положительных эмоций, а наличетвовали только отрицательные. Но, возможно, яблоки от яблони все-таки могут укатиться далеко? Но так ли это, отсюда не выяснишь, не узнаешь. Значит, придется ехать к замку, который мне предлагают в собственность. Ехать и там разбираться на месте. А заодно нужно забрать украденные у меня деньги. От них я отказываться не собирался, а вот насчет замка — подумаю.
Смотреть на предложенную мне недвижимость мы выехали на следующее утро, взяв направление на север. С собой грасс взял два десятка солдат. Во время поездки поговорить с Куритье не удалось, зато во время привала, пока разжигали костер, мне удалось кое-что у него выяснить. Замок Шапетэ располагался к северо-востоку от захваченного рилийцами моста. А сам грасс оказался довольно важной шишкой в местной иерархии. Из четырех силетских эрграссов я сталкивался только с двумя, да и то с Журденом не виделся, сумев пообщаться с его правой рукой грассом Построми, который так бездарно проиграл битву у моста.
Шапетэ был вассалом эрграсса Райчена, но присутствовал в войске Построми как его представитель. Но я, кстати, там Шапетэ не видел. На мой удивленный вопрос Куритье ответил, что Шапетэ и не должен был постоянно быть при войске чужого эрграсса, а только наведываться туда время от времени.
Сам же убитый мной грасс в том бою, где я потерял из виду своих друзей, не участвовал. Вот потому и уцелел. А в эти дни грасс (покойный) должен был присоединиться к формируемому новому войску, лагерь которого располагался к северо-востоку от моста. В том районе, Брантау, по словам Куритье, находились на излечении солдаты разгромленного войска. Именно туда эрграссы перебросили почти всех лекарей с магическими способностями. Тот лекарь, что меня вылечил, был исключением, не уехав в Брантау, потому что молчаливый медик являлся личным врачом Райчена.