Пилотам и их пулеметчикам поставил боевую задачу, обозначил место на карте, где видели конвой и попросил не сильно рисковать. Взлетели наши штурмовики, теперь уже больше напоминающие торпедоносцев, а я стою на взлетке и ищу причины, чтобы самому за штурвал не сесть.
– Иван Макарович, а давай я попробую, – предложил мой начальник контрразведки.
– Попробуешь что? – посмотрел я на него и закурил папиросу.
– Составить компанию пилотам, – указал Анзор рукой на летящие самолеты. – Управлюсь как-нибудь, – он усмехнулся и добавил: – Три торпеды лучше, чем две.
– Это точно, – покивал я, загасил окурок каблуком сапога и направился к истребителю.
Очень нам не хватает обученных летчиков, мало самолетов. Пожалуй, следует еще пару машин из Екатеринбурга пригнать и оставить их для обучения. Зря я с этим делом затягивал, сейчас бы инструкторы могли на боевой вылет отправиться. В данный момент управлять, худо-бедно, истребителем, несущим торпеду, может Терешкин, Анзор и я. Главного конструктора отправлять в полет никак нельзя, нет у него навыков полета, как, впрочем, и у начальника контрразведки. Честно говоря, и сам не слишком готов, но всяко лучше, чем перечисленные кандидаты. А мой друг прав, три торпеды намного лучше двух. Конечно, неизвестно, сумеем ли потопить хоть одно транспортное судно. Но, черт возьми, танки и пушки, боеприпасы, отправленные Англией своим союзникам, на фронте унесут много жизней наших солдат и офицеров.
– Баки полные? – поинтересовался я у подпоручика-механика, стоящего рядом с крылатой машиной.
– Так точно, ваше высокопревосходительство! – ответил тот и добавил: – Машина к полету готова, вот только нет летчика.
– Он есть, – хмыкнул я и полез в кабину.
Парашют лежит за сиденьем, надел его, подтянул лямки, не обращая внимания на вещающего Анзора, отговаривавшего меня от безрассудного поступка. В текущей ситуации, когда еще толком не придумано противовоздушное оружие, риск не такой и большой. Каковы шансы, что меня собьют? Оцениваю их минимальными, если только кто-то и не попадет по быстро движущейся цели дав длинную пулеметную очередь. Сделать это очень и очень сложно, и тем более невероятен факт, если по мне начнут палить пушки кораблей сопровождения. Нет, они могут пострелять, но прицельно не получится. Револьверные выстрелы, как и большинство винтовочных – не опасны, кроме как шальной пули, случайно попавшей в уязвимое и плохо защищенное место.
– Анзор, ты, как любишь выражаться, не кипишуй, – хмыкнул я, видя, как друг из себя выходит. – Слетаю, посмотрю издали что и как. Попытаюсь сбросить торпеду на транспортника или корабль прикрытия. Рисковать не собираюсь, да и сам же знаешь, что нечего врагу нашим самолетам противопоставить!
С последним утверждением, где-то в глубине души, не согласен, но делаю все уверенно. А мой друг знает меня хорошо, понимает, что отговорить не получится. Сам я уже принял решение и от него не отступлюсь. Или это ребячество на грани фола? Нет, пока еще не наступило время, когда будут управлять битвой по видеосвязи. Солдаты и офицеры, перед боем, отдыхом или на марше привыкли видеть своих командиров. Конечно, не всегда командующие армиями оказываются среди солдат или идут в атаку. Но грош цена тому командиру кто, посылая на смерть своих людей, никогда не штурмовал укрепления врага или не держал оборону, отстреливаясь от противника и экономя патроны.
– От винта! – прокричал я и нажал кнопку старта двигателя.
Пропеллер закрутился, стрелки и лампочки в кабине ожили. Есть контакт! Сдвигаю фонарь над головой и начинаю, медленно добавляя газ, выруливать на взлетную полосу. Короткий разбег истребителя и он отрывается от земли. Набираю высоту и ложусь на курс, стараясь ориентироваться по объектам на земле и разложенной на коленях карте. Странно, но управляю самолетом спокойно, при том, что налет за штурвалом составляет всего-ничего. Постепенно разгоняюсь до максимальной скорости и лечу над береговой линией. Судя по расстоянию, если противник в районе Таллина, то запаса топлива хватит на несколько атак, а потом придется улетать. Пожалуй, когда в баках останется половина, а боезапас израсходую, то и лягу на обратный курс. Главное – не заблудиться! Ничего, компас поможет.
– Странно, почему не могу догнать штурмовиков? – прищуриваясь вглядываюсь вперед.
Видимость не ахти, облачно, того и гляди пойдет дождь, этак и в самом деле можно с курса сбиться. Скорость самолета чуть выше двухсот километров, в полете уже полчаса, а ни одного корабля, не считая рыбацких шхун, не заметил. И где же Российский флот? Несколько военных судов, стоящих в Финском заливе, вряд ли сумеют оказать серьезного сопротивления Английскому флоту. Блин, как можно прошляпить флотилию с транспортниками, которые не могут развить приличную скорость? Нет у меня на эти вопросы ответов. Да и толку-то если узнаю! Сейчас следует действовать по обстановке. Конечно, гарнизоны городов на какое-то время задержат врага, но следует отдавать себе отчет, что долго не продержатся. Если точны те сведения, которыми владею, то силы Альянса легко дойдут до Питера, а там и до столицы рукой подать. Особенно, если им будет приходить подкрепление по морю.