– Ничего особенного, – развела руками моя собеседница. – Катерина Макаровна, сестрица ваша, тоже присутствовала при телефонном разговоре и, мне кажется, что ее просьба стать крестной мамой ее ребеночка сыграла решающую роль. Со своей стороны, я намекнула, что следует проявить императорскую милость и наградить отличившихся в недавних событиях. Предложила посмотреть, как в Сибири живет народ и почему у него и в мыслях нет устраивать какие-то заговоры и перевороты.
– Какие еще милости? – озадаченно уточнил я.
– Так это уже как Ольга Николаевна решит. Может наградить, а захочет – накажет, – усмехнулась моя, слишком независимая блин, пресс-секретарша.
– Предоставьте, любезная Мария Генриховна, подробный отчет о переговорах, обещаний с вашей стороны, – взглянул на часы. – Будьте добры, сегодня в семь вечера мне данную бумагу на стол положить.
– Постараюсь, – потупила та взор, а потом смиренным голосом произнесла: – Придется нарушить один из ваших указов и трудиться во внерабочее время, как понимаю, без оплаты и премии.
– О последней можно и вовсе забыть, если то, что мне известно подтвердится, – покачал я головой, сдерживая гнев.
– Ваше высокопревосходительство! Ну виновата я! Заявила императрице, что вы хотите ее видеть и побеседовать! Что в этом такого?! Опять-таки, вам есть что показать Ольге Николаевне… – с жаром начала Лиса, решив перейти от обороны в наступление, не дал ей досказать, перебил:
– Показать? Это на что вы намекаете?!!
– На заводы и фабрики, обустройство аптек с больницами, трудовой распорядок, – ответила та, стараясь не показывать веселья.
Глубоко вздохнул и выдохнул, она меня явно провоцирует. Только не понимаю за каким чертом это потребовалось. Знает же, что могу отправить в услужение к отцу Даниилу. Кстати, тому тоже не повредит, ишь ты, собачится с банкиром! Да и Велеев мог бы дипломатично вопросы решать, а не на меня полагаться. Этак все на шею сядут и поедут, свесив ножки, рассчитывая, что хозяин Сибири придет и во всем разберется и разрулит.
– Мария Генриховна, вы же понимаете, что императорскую свиту я не могу пустить на секретные заводы, – медленно говорю, думая, как бы достучаться до разума журналистки, которая явно опять что-то затеяла.
– Да, поэтому и предупредила, что с императорской особой может отправиться не более пяти подданных, которых одобрит наша контрразведка и непосредственно вы, – ответила она мне.
– Гм, это радует, – вынужденно согласился я. – Рад, что вы предусмотрели этот момент и, тем не менее, изложите все договоренности на бумаге и предоставьте мне. Еще необходимо решить, кого назначить ответственным за организацию встречи императрицы и ее свиты. Боюсь, господин Марков с таким грузом ответственности не справится.
– У него и так много забот, – покивала моя собеседница. – Знаете, на вашем месте, не приведи господи взвалить на себя такую ношу, я бы попросила заняться этим начальника контрразведки. С таким-то поручением у него появится шанс кого-нибудь на нашу сторону перетащить. Да и за соблюдением порядка проследит, чтобы ни у кого ничего не пропало.
Хм, намекает на прошлое Анзора. Ну, местные воришки, если он им даст команду и шагу не сделают, это мне превосходно известно. Опять-таки, за безопасность-то кто у меня отвечает?
– Знаешь, одной контрразведки недостаточно, Анзора попрошу обеспечить безопасность нашим гостям, что и так в его обязанностях. А вот за все мероприятия, в том числе прессу и интервью, пожалуй, назначу тебя, – принял я решение. – Только, голубушка, со мной не забывай согласовывать, а то, знаешь ли, отец Даниил жалился, что при храме свечи продавать некому. Понимаешь, о чем я?
– Ваше высокопревосходительство, – уже испуганным голосом произнесла госпожа Соловьева, – помилуйте, не справлюсь я с такой ответственностью!
– Свечи продавать? – хмыкнул я. – Голубушка, вы же мне далеко не все поведали. Сомневаюсь, что императрица из-за личного интереса в такое-то время бросает только-только отвоеванную столицу и отправляется к черту на рога смотреть как тут устроено! А так как всей информацией владеете только вы, то вам и банковать. Все! Жду вас завтра с отчетом!
– Я могу дождаться, кто у Катерины Макаровны родится? – поинтересовалась моя пресс-секретарша.
– Да, – кивнул я, наблюдая, как во двор больницы заезжает автомобиль и из-за руля выскакивает Марта, а позади нее спешит вылезший с пассажирского места будущий папаша.
– Как Катерина?! – подбежала ко мне Марта.