– Гм, против Семена Ивановича не пойду, тот потом мне всю плешь проест, – покачал я головой, и пошутил: – Прости, лысеть пока не собираюсь. Значит с детишками и Катериной все в порядке?
– Говорят, что все хорошо и они у меня молодцы, – гордо сказал Терешкин и почему-то стушевался.
– Вот и отлично! – покивал я головой. – Василий Андреевич, хотел у вас пару вопросов выяснить, но уже не личного плана.
– Всегда готов, ваше высокопревосходительство, – серьезно ответил мой главный конструктор, понимая, что речь сейчас пойдет о чем-то другом.
– Скажите, – медленно направился я к открытому окну, на ходу доставая портсигар, – вы проверяете, как обстоят дела на заводах, выпускающие наши разработки?
– Признаюсь к своему стыду, что за все время бывал на них несколько раз, да и то в самом начале, когда еще те толком ничего не выпускали. Приходится постоянно что-то дорабатывать, вносить изменения и времени катастрофически не хватает. Совсем недавно, мне предложили господа военные увеличить длину ствола миномета, говорят – повысится дальность и точность выстрела. Честно говоря, сомневаюсь, расчеты произвожу. Не складывается и передвижной артиллерийский комплекс, загвоздка в том, что мощности грузовикам не хватает.
– На заводе самолетов произошел саботаж, не доглядели мы все, – вздохнув, сказал я, понимая, что огульно обвинять Василия в недосмотре нельзя. У него на самом деле много работы и… молодая жена.
– Что там случилось? – забеспокоился Терешкин.
– Анзор с начальником полиции это дело расследуют. Управляющего я сменил, самолетов готовых взлететь почти нет, как и не осуществлялась подготовка пилотов. Вам ничего об этом неизвестно?
– Гм, пару раз звонил начальник производства, – наморщил лоб Василий Андреевич, – уточнял технические детали, но про проблемы не говорил.
– А вы и не спрашивали, – покивал я. – Ладно, на ошибках учатся, впредь, следует находить время и проводить инспекцию того, как заводы работают. В том числе и выборочную проверку техники.
– Понял, – сглотнув ответил Терешкин. – Исправлюсь, не сомневайтесь.
– Честно говоря, минометы меня в данный момент мало интересуют, распыляться не следует, да и другие задачи есть. Вы что-то решили с конструкцией пулеметов, способных поражать летающие цели?
– Иван Макарович, а может все же не стоит их делать? Этак мы врагу дадим козырь в руки против своих же самолетов! Сохранить в тайне такое оружие можно ограниченное время, а…
– А если враг нас опередит и еще и истребителей с бомбардировщиками создаст не хуже наших? – немного раздраженно перебил я его.
Этот вопрос уже обсуждался, наши взгляды разошлись. Мало того, что есть технические проблемы для изготовления зенитных орудий. Их уже пытались создавать, даже применяли артиллерию. Воздушные шары и аэростаты на конной тяге пытались поразить из четырехдюймовых пушек пулевой шрапнелью. Эксперимент удался, по быстродвижущийся цели артиллерийские пушки не подойдут, случайно попасть могут, но не более того, необходимо зенитное орудие.
– Есть несколько вариантов, чертежи передал на завод по выпуску автоматов. Задумал сделать что-то похожее, но увеличив габариты и прикрепив к станине, которая может поворачиваться в разных направлениях и менять угол наклона, – признался Терешкин. – Простите ваше высокопревосходительство, думали с Катериной для вас сюрприз сделать, – развел он руками. – Мне теперь выскажет, за то, что растрепал. Идея, честно говоря, ее, сам только детали проработал.
– Катерина зенитку изобрела? – поразился я. – Какого калибра? Как заряжается, есть ли приборы наведения?
– Калибр самый распространенный – семьдесят шестой, чтобы не изобретать снаряды. Это в первом варианте, второй уже сложнее, там ленточная подача патронов, вместо магазина с рожком. Думаю, сделать спаренные автоматы, штуки три, не увеличивая их габариты.
– Последняя идея мне даже больше нравится, – подумав, ответил я. – Правда, на одну очередь уйдет прорва патронов, но и вероятность попадания кратно увеличится. Хорошо, будем считать, что против самолетов противника у нас какое-никакое, а оружие есть или вот-вот появится. Когда говорите опытный образец можно пощупать?
– Дня через два, – задумчиво ответил мой генеральный конструктор.
– Хорошо, – кивнул я. – А теперь ответьте мне уважаемый Василий Андреевич, как поступить военным, если им известно время и путь транспортного конвоя, который доставит боеприпасы противнику?