– И вы так смело высказываетесь? – удивленно спросил я.
– Оставил за собой право заявить в беседе с вами собственное мнение. За определенные заслуги мне пошли навстречу.
– Значит ультиматум, – кивнул я на конверт. – Что ж, давайте, раз обязали передать.
Прекрасно понимаю, что в данный момент сэр Гардинг официально представляет свою державу. Винить его глупо и не в чем.
– Прошу, – протянул мне конверт посол.
– Благодарю, – встав я взял предложенный мне ультиматум. – На словах что-то не желаете дополнить? – поинтересовался, рассматривая личные печати короля Соединенного королевства Великобритании и Ирландии.
– Нет, – отрицательно покачал головой посол, а потом уточнил: – Пока не готов, вы сперва ознакомьтесь с посланием.
Ясно, ему есть что сказать, но решил посмотреть на мою реакцию. Ну-ну, Чарльз умный господин, наверняка мою реакцию просчитал, но оставил небольшой процент на непредвиденный случай. Я вскрыл конверт, точнее, пакет, в котором обнаружил сложенный лист с отпечатанным с двух сторон текстом.
– Впервые вижу, что официальный документ сразу переведен на русский язык, – удивленно покрутил в руках письмо (такое заглавие успел прочесть).
– Простите, совсем запамятовал, – улыбнулся сэр Гардинг, – просили разъяснить, что данная бумага – неофициальная позиция.
– Это как так? – не понял я, рассматривая подпись Эдуарда VII, короля Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии.
– Ознакомитесь и тогда поймете, – ответил Чарльз. – Иван Макарович, не рубите с плеча, все обдумайте. А перевод сделали по моей инициативе, чтобы не возникло неправильного толкования.
Молча прочел русский вариант, а потом внимательно изучил его и на английском языке. Все вроде правильно, за исключением того, что бумага составлена с позиции силы и мне выставили наглые условия. Посол правильно сказал, что это ультиматум. В документе присутствует и «пряник», если соглашусь с основными требованиями.
– Гм, и кому это в голову взбрело? – потряс в воздухе документом. – Или с перепоя написали от незнания русского человека.
– Вполне возможно, что советник моего короля, подавший такую сомнительную идею, находился под воздействием каких-то неизвестных факторов, – обтекаемо ответил сэр Гардинг, в какой-то мере соглашаясь с моим выводом.
На самом деле, если разобраться, то помимо ультиматума, сделано и предложение. Как же без этого! Думаю, Чарльз именно его и подразумевал, опасаясь, что впаду в бешенство. Если говорить коротко, то король Англии надеется, что наконец-то в Сибири появится крепкая рука, которая образует независимую империю, поддерживая торговые отношения с европейскими странами. Обещает помощь военной силой и техникой, которой у него намного больше. Эдуард VII предлагает заем под небольшой процент с отсрочкой платежа, если в предстоящем конфликте между Россией и Альянсом я займу нейтралитет или другими словами – предам императрицу. Конечно, текст письма составлен грамотно, в нем многое скрыто между строк. В случае же отказа от сотрудничества силы Альянса не остановятся на определенных рубежах. После захвата столицы России не будет капитуляции и контрибуции, войска Германии, Австро-Венгрии, Франции поддерживаемые Англией, двинутся на Сибирь, чтобы взять под контроль всю территорию России, после чего разделить мою империю на равные доли и организовать собственные колонии.
– И какой же был расчет? – поинтересовался я, медленно складывая письмо короля. – В какой-то степени меня этим посланием унизили и не только поставили под сомнение лояльность императрице, но предположили, что смогу предать.
– Доподлинно мне неизвестно, что в бумаге, – кивнул Чарльз на лежащий конверт. – В общих чертах сказали и несколько фраз приказали передать устно. Сами понимаете, что кое-какой информацией владею и просчитывать ситуацию могу.
Ха, посол врет и не краснеет, правда, на такой-то должности другого не дано. Готов побиться об заклад, что с текстом он ознакомлен. Даже допускаю, что это послание долго и внимательно изучал. Вскрыть конверт, а потом его запечатать так, чтобы невозможно было понять, что кто-то сунул внутрь любопытный нос, элементарно. Тот же Анзор с таким делом справится за минуту!
– И что же на словах? – прищурился я.