– Это вы к чему? – стараясь выиграть время, достал я портсигар, помял папиросину и прикурил ее, скрыв лицо в облаке табачного дыма.
Какая су… сволочь донесла послу о происходящем на заводе? Куда, черт его задери, Анзор смотрит?! Про исчезновение проституток в городе сплетни ходят, посол нового ничего не сказал. Правда, не понимаю с какого он вообще про дам легкого поведения упомянул.
– Знаете, так сложилось, что один из работников посольства, совершенно случайно, видел одну из жертв, когда та исчезла, – ответил посол.
– И что с того, – затянувшись, прищурился я.
– Они столкнулись случайно, часто имея любовные отношения в одном из приличных заведений Екатеринбурга и девица рассказала с кем и где собралась встретиться.
– И за эти сведения вы что-то желаете взамен, – догадливо хмыкнул я.
– Совершенно верно, ваше высокопревосходительство. Самую малость, просто как знак нашего друг к другу расположения, – прищурился сэр Гардинг и на миг на его лице проступила жесткость и холодная расчетливость.
– И что же это за малость?
– Скажите, как вы относитесь к тому, гм, точнее к тем, кто добывает для вас информацию за границей? Да-да, мне известно о созданном управлении контрразведки в армии и не забываю о действиях Анзора, являющегося одним из ваших помощников. Знаете, сам вот не могу для себя определиться по отношению к тем, кто узнает секреты врага на его территории и всячески старается ослабить противника, – подбирая и взвешивая каждое слово, произнес сэр Гардинг.
– Вопрос шпионов и разведчиков? – хмыкнул я. – К своим отношусь положительно, к врагам – отрицательно. Впрочем, – пожал плечами: – так любой здравомыслящий скажет.
Чарльз подошел к окну, хмурится и о чем-то усиленно думает. Он явно к чему-то подводит, но пока еще непонятно что и как.
– Иван Макарович, а если бы вам предложили устроить обмен военнопленными, как бы к этому отнеслись?
– Чарльз, вы задаете какие-то странные вопросы, – потер я переносицу. – Как командир и военачальник могу иметь определенное мнение, как человек занимающий высокий чин – другое. Все зависит от ситуации и условий. Тем не менее, постараюсь сделать все возможное, чтобы своих людей вернуть из плена, – я встал и подошел к послу. – Предлагаю открыть карты, хотя бы частично, не вижу смысла ходить вокруг да около. Вы же намекаете на работу вашего агента на моем предприятии!
Имеются у меня подозрения, зыбкие и основанные большей частью на интуиции, чем на каких-либо фактах. Можно считать, что сказанное далеко от дипломатии, но иногда следует нарушать неписаные законы и, как говорится, брать на понт. Тем не менее, я подстраховался, когда не стал говорить про авиазавод. Так-то уверен, что посол или его человек отвечающий за разведку пытается внедрить на мои предприятия людей. Сделать это сложно, большая часть заводов и фабрик имела под собой какую-то основу, и работники остались на своих места, но с измененным видом деятельности. Новых людей, разумеется, принимаем, тех пытаются проверять и брать рекомендации.
– Вы правы, – после затянувшейся паузы, кивнул посол, – скажите, что вы хотите получить в обмен на задержанного нашего человека?
Упс! Попал точно в цель, хотя и следует признать, что шанс угадать имелся высокий.
– А что вы можете предложить взамен? – поинтересовался я, пытаясь лихорадочно сообразить, какие преференции от этого получить.
В голову ничего не приходит, обменять Корбина не на кого, наших людей не арестовала ни Британия, ни одна из стран Альянса, насколько мне известно.
– Эм, а если напомню об услуге, которую не так давно сделал? – задумчиво произнес посол.
Да, в какой-то мере, когда происходил эсеровский мятеж, сэр Гардинг мне помог. Правда, этому предшествовала наша с ним беседа и он согласился с моими выводами, что для всех, в том числе и для его королевства, смена власти в Российской империи окажется катастрофой. Краски я тогда сгустил, но вводы делал уже Чарльз.
– И есть еще один момент, – посол поморщился, не хочется ему говорить, но приходится. – Иван Макарович, поймите правильно, это не мое мнение, но в определенных кругах Великобритании не забыли гибель Гарри Джонса. Приоткрою одну из карта, как вы выразились, – он чуть улыбнулся, – расследование и сбор доказательств о причастности к убийству в беседке у озера продолжается. Мне поручено передать, что этот эпизод полиция Англии и ее специальные службы сдадут в архив без предъявления кому-либо обвинений.