Вадим вглядывался во мрак, готовясь к бою. И вздрогнул, услышав тихое верещанье, а потом услышал тонкий голосок из зеленой темноты.
— Человек?..
— Человек, — откликнулся Крот, сжимая стилет. — А кто спрашивает?
— Не обидишь?..
— Не обижу, если сам не нападешь.
Вадим пытался понять, что такое знакомое звучит в этом голоске, определенно он уже слышал что-то подобное, страха голос точно не вызывал. Он положил Волка на светящийся лишайник и снова стал всматриваться в окружающую зеленую мглу. Скоро голос послышался где-то поблизости:
— Слово?..
— Даю слово, что не обижу, если и ты меня не тронешь. — тихо проговорил Крот. — Обещаю.
— Выхожу…
Из темноты выступило маленькое существо полметра высотой. Длинные голые острые рожки выглядывали из густой невысокой шерсти. Глаза темные, чуть удлиненные, с вертикальным разрезом. Нос почти человеческий, только его немного портили широкие ноздри. Рот как у кошки, хоть и видно, что после клыков идут плоские зубы, приспособленные для жевания, а не для разрывания плоти. Уши длинные, острые. Лапки выглядели почти как человеческие руки, только с четырьмя длинными пальцами, на кончиках их находились острые довольно длинные коготки, пяток не было: существо стояло, наклонившись вперед, словно на цыпочках — точнее на маленьких копытцах.
— Кто ты? — спросил Вадим. — Как зовут?
— Солнышко… — существо показало на грудь Крота. — Теплое…
Вадим продолжал всматриваться, пытаясь понять, кого напоминает ему это странное создание, потом хлопнул себя по лбу. Машка! Нет, разница есть и приличная. Но рожки, голос, знакомое верещание, пусть более густое, грубое, не такое звонкое, лапки, шерсть. Ноги, конечно, сбивали, потому что из-за них все движения становились другими, но все остальное схоже. Точно — один вид. Различия непринципиальны. И это самец, четко видны мужские гениталии.
— Больной?.. — существо показало на Волка. — Что с ним?
— Раненый, — ответил Крот. — Отравленный…
Вадим задумчиво смотрел на это создание, думая о том, как бы его с собой забрать. Машке же обещал найти мужичка ее рода, чтобы не ощущала она одиночество. Правда, неизвестно понравится ли ей этот паренек, но с другой стороны, лучше привести и показать, чем потом жалеть о том, что этого не сделал. Вряд ли такие существа встречаются часто, иначе Маша не была бы одна.
— Солнышко… — существо подошло ближе и тронуло грудь Волка. — Положи… сюда…
— А если станет хуже? — спросил Крот. — Вдруг сожжет?
— Не сожжет…
Вадим задумался. Действительно, а почему бы не попробовать? Если будет держать оберег в руках, то сможет в любой момент его убрать, когда увидит, что Волку становится хуже. Кто его знает, сколько его еще на себе таскать? Тело тяжелое, неудобное, да еще все время выворачивается, цепляется за все. Да и сил почти не осталось: ноги, руки дрожат, отдышаться никак не может, и новые мышцы не помогают, хотя с другой стороны, кто бы смог протащить на себе восьмидесятикилограммовое тело столько, сколько он.
Если Воислав очнется, то их шансы на выживание подрастут. Вдвоем и отбиться от нагов легче да и не так страшно, и возможностей больше выбраться. Он же сейчас на потолок не смотрит, потому что знает с телом ему не подняться, а выход то наверняка там. Он еще раз посмотрел на грудь Волка, рана почти заросла. Чем черт не шутит, может, действительно оберег поможет.
— Смотри, — пригрозил Крот. — Ответишь…
— Ответишь… — проверещало существо. — Положи…
— Почему помогаешь? — поинтересовался Вадим. — Насколько я знаю, вы, бесенята, людей не любите?
— Солнышко… — существо снова показало на грудь Вадима. — Теплое…
— Понятно, — он встал на колени, снял камешек с груди и наклонился над Волком. — Иди, помогай, я знаю, вы можете…
— Можем… — существо робко подошло ближе, Крот видел, что оно готово в любой момент сорваться и убежать в темноту, и в то же время ему было любопытно и хотелось потрогать солнышко. — Не обидишь?..
— Я слово дал.
— Слово… — существо наклонилось над Воиславом, принюхалось. — Змеи…
— Василиск ядом плюнул, — подтвердил Крот. — Обычного человека бы убило, а он хоть и не живет, но и не умирает.
— Не умирает… — бесенок показал на центр наполовину исчезнувшей раны. — Сюда…
Вадим приложил оберег к груди Воислава, готовясь в любой момент отдернуть руку. Камешек стал нагреваться, обжигая ладонь.
— Светится… — проверещало существо. — Тепло…
— Тепло, — согласился Крот. — Ты откуда такой говорливый здесь взялся?