— Интересно, будет ли окно в моей темнице в Шотландии. Хотелось бы увидеть пейзаж.
В машине появилось напряжение, которое она не понимала, пока Коналл не произнёс раздраженно и сухо:
— Оптимистка ты, Тея Квинн.
Она нахмурилась.
— В смысле?
Его взгляд стал тяжёлым.
— Ты убила его жену. Вряд ли проживёшь столько, чтобы увидеть темницу, когда я отдам тебя.
Многолетнее горе пронзило её изнутри. Господи, какой же он идиот! Она горько рассмеялась и отвернулась, подавляя желание рассказать, что смерть была бы благословением по сравнению с тем, что Эшфорт хотел с ней сделать.
Между ними снова воцарилось молчание, и на этот раз Тея не стала возражать. Она решила, что не может даже притворяться, что дружит с придурком, который не видит Эшфорта таким, какой он есть на самом деле. Мудак держал его сестру в плену в обмен на кровь Теи, ради Бога! Неужели это не наводило Коналла на определённые мысли?
«Оборотни. Мышц больше, чем мозгов».
Напряжение между ними удушало в тишине, но Тея злилась, так что не хотела говорить.
Они полчаса ехали от Дрездена, когда она ощутила покалывание на шее, а сердце забилось быстрее, и знакомый страх появился внутри.
Чёрт.
Она посмотрела в зеркало со своей стороны машины за ними. Чёрный седан то появлялся, то пропадал из виду вдали на трассе, и это привлекло внимание.
— Волчонок.
— Придумай другое, если хочешь, чтобы я отвечал.
— Ладно, Волчара, за нами хвост.
Коналл удивлённо посмотрел на неё.
— С чего ты взяла?
— Чувствую. — Седан приближался. — Чёрный седан. Чешские номера.
Он нахмурился, смотря в зеркало заднего вида.
— Уверена?
— Ты можешь объяснить свой жуткий талант с вынюхиванием? — Коналл низко зарычал, вызывая у Теи смех. — А я могу ощущать, когда я в опасности. — Она оглянулась, чёрный седан стал ближе. — И я ощущаю серьёзную опасность, приближающуюся ко мне.
— Как они нашли нас? — Он надавил на газ и свернул на скоростную полосу.
За завтраком Коналл рассказал о ковене Блэквуд.
— Как Эшфорт узнал о ковене? Связи? Может, он что-то сказал не тому человеку.
— Возможно. — Он оскалился, глядя в зеркало заднего вида. — И наш номер могли заметить на границе. Они догоняют. Нужно съехать с шоссе и бросить эту машину.
— Не останавливайся. — Тея коснулась экрана навигатора, с помощью которого Коналл вёз их в Кале, и расширила карту.
— Проклятье! — Коналл резко вильнул, и Тея отлетела в дверцу. — Прости, крошка. Правда, прости.
Решив, что не обращать внимания на дорогу и стиль вождения Коналла будет лучше для сердца, Тея сосредоточилась на карте. То, что она не могла погибнуть в автокатастрофе, вовсе не означало, что она хотела проверять.
— Ладно, мы близко к съезду с магистрали. Поверни туда, потом по кругу и под шоссе. Город в десяти минутах за нами. Там можно спрятаться, — сказала она тревожно. — Давай!
Коналл съехал с шоссе и направил машину вниз по склону, ведущему к кольцевой развязке. Тея держалась за панель управления и дверцу, пока он разворачивался, поднимая пыль.
— Не говори, что ты боишься! — Он с насмешкой взглянул на неё, направляя машину под шоссе.
Она скривилась.
— Авария меня не убьёт, но может убить кого-нибудь ещё.
Он хмуро ехал на максимально допустимой скорости.
— Они нас догоняют.
Тея взглянула в зеркало со своей стороны, чёрный седан приближался. Её сердце колотилось.
— Коналл…
— Я вижу их и еду так быстро, как только позволяет эта дурацкая машина.
Тея напряглась, чёрный седан поравнялся с ними. Тонированное стекло водителя опустилось, и из-за него показалась женщина в тёмных очках. Ухмыльнувшись, она подняла руку.
— Коналл, оружие!
Он испустил шквал ругательств вперемешку с грубыми шотландскими словечками, которые она не понимала, и вильнул в сторону преследователей, пытаясь согнать их с дороги. Но они были настроены решительно. Внезапно на встречной полосе показалась красная машина, и всё изменилось. Машина посигналила преследователям, и Тее стало страшно, когда она поняла, что чёрный седан не хотел уступать дорогу. Тея смотрела на лица людей, ехавших в машине напротив, когда и они поняли это. Они были в ужасе. Водитель поздно повернул, удивляя преследователей. Чёрный седан вильнул, чтобы не попасть в них и пролетел за деревья в поле, где и перевернулся. Скатертью дорога, мать твою. Тея услышала тошнотворный скрежет металла, который так был знаком, и оглянулась на красную машину, которая на скорости врезалась в одно из деревьев, растущих вдоль шоссе. Дверца пассажира открылась, с сидения вывалилось тело, а капот машины загорелся.