— Ты красивый, — прошептала она.
Тея видела оборотней в животном обличье и раньше, когда те охраняли земли Эшфорта во время полнолуния. Но они не восхищали так, как Коналл. Он — король оборотней. От её похвалы Коналл повернул ту сторону морды, где не было крови, к груди, и понюхал. Она рассмеялась и оттолкнула его голову.
— Распутник.
Звук, который он издал, походил на волчий смех, и она знала без сомнений, что Коналл не терял себя, меняя облик. Она всегда гадала, менял ли оборотень сознание человека с обликом. Тея увлеклась и забыла о других волках, но поняла, пока Коналл уходил, и энергия гудела вокруг него, что серый волк перестал скулить. Его бок вздымался и опадал, он ещё был жив.
Коналл перекинулся. Тея знала, что было неправильно смотреть, но не могла отвернуться. Сначала его шерсть стала пропадать под золотистой кожей, а потом затрещали кости, и передние лапы стали руками. Он сел на задние лапы, преобразование смещалось по телу, пока Коналл, раскрасневшийся, не встал во весь рост и повернулся к ней, грудь вздымалась от усилий, и она посмотрела на мышцы его живота, а потом взгляд неминуемо скользнул ниже.
Тея покраснела.
Коналл был возбуждён. Она посмотрела ему в глаза, и он пожал плечами без смущения.
— Не обращай внимания. Побочный эффект адреналина после боя.
Тея кивнула, пытаясь выглядеть спокойно.
— Каждый день я узнаю что-то новое.
Он отвернулся, снова дав посмотреть на его зад — против чего Тея совсем не возражала — и оделся. Воздух во дворе изменился, они посмотрели на серого волка, который медленно перекидывался в человека и стонал от боли. Он сел на корточки, голый, рана на животе была красной, но закрылась. Тея вспомнила, как Коналл говорил, что быстрее исцелялся в облике волка. Вот и доказательство. Мужчина с ненавистью смотрел на Коналла, но не двигался. Коналл схватил рюкзак и прошёл к ждущему оборотню.
— Кто тебя послал? — Напавший молчал. — Мне и тебя убить? — Оборотень посмотрел на мёртвого товарища. — Он вёл себя бесчестно, поддался, а потом напал на меня со спины.
От боли глаза оборотня потемнели, но он кивнул с неохотой и посмотрел на Тею.
— Эйрик хочет тебе смерти, — сказал оборотень с немецким акцентом. — Если он хочет тебе смерти, от этого не сбежать. — Внезапно он вытащил серебряный нож, и Тея хотела заслонить собой Коналла, но волк провёл клинком себе по горлу. Тея сжала руку Коналла, наверное, до боли, глядя в шоке на умирающего волка. Через пару секунд Коналл убрал её руку со своей, взял за ладонь и отвёл в сторону.
— Эйрик?
Тея покачала головой.
— Не знаю. Блэквуды?
Коналл медленно и утомлённо выдохнул.
— Я так не думаю.
Поняв, что за ней может охотиться не одна группа, Тея посмотрела на Коналла, который хмуро глядел на мёртвого волка. Если он не сможет защитить Тею и доставить в Шотландию, и кто-то другой заберёт её, Калли умрёт. Но где-то внутри Тея начала надеяться, что Коналл защищал её из-за неё самой. Что-то между ними постепенно менялось, манило их на новую ступень понимания, и Тея ощущала это, пока смотрела, как Коналл сражался, защищая её. Будто знал, что она слишком долго боролась, понимал, что хоть раз за неё должен сразиться кто-то другой.
Тея хотела верить в это.
Всего несколько дней назад она сказала бы себе, что глупо доверять кому-то жизнь. Но так устала быть одна. Жить без веры.
Тея вспомнила обещание, данное Аманде.
— Железо, — выпалила она.
Коналл хмуро посмотрел на неё.
— Что?
Она облизнула пересохшие губы и невольно сжала его ладонь.
— Моя слабость, Коналл. То, чем Эшфорт прошил стены, и что за металл в хлысте. Чистое железо. Я не переношу его.
Он молчал, казалось, вечность. А потом полностью повернулся к ней.
— Ты доверяешь мне, Тея?
Хоть было сложно, но она кивнула.
Что-то вспыхнуло в его глазах.
— Я знаю того, кто может дать нам нужные ответы. О тебе… о Блэквудах и об этом Эйрике. Ты позволишь мне отвести тебя к нему?
Отчасти она хотела убежать от правды, от доверия и надежды, но приняла, что всё изменилось, когда Коналл пришёл в её жизнь. Пути назад не было.
— Ладно…
— Он — друг, но вампир.
Тея была удивлена, но лишь кивнула. Она понимала, что вампиры и волки терпели друг друга, хоть и не дружили.