— Но дорогая, — остановил её Арсиеро, — сначала надо узнать кто это. А вдруг он принёс важное сообщение?
— Не может быть ничего важнее брака нашей дочери и Его Сиятельства графа де Пас Ардани, — Роксана искусственно улыбнулась старикашке.
— Роксана, это нехорошо — влез Эстебан. — Как супруга алькальда и первая дама, вы не можете выставлять визитёров за порог, даже если это простолюдины.
— О, если это из-за меня, то не стоит, не стоит, — сказал граф дребезжащим голоском. — Я люблю большие компании и буду счастлив, если новоприбывший гость присоединится к нам.
— Урсула, так кто же к нам пожаловал? — спросил Арсиеро.
— Это Его Сиятельство маркиз Маурисио Рейес!
Эстелла скрипнула зубами.
— О! А я наслышан об этом молодом человеке! — встрепенулся старик. — Хотелось бы с ним познакомиться.
— Урсула, пригласи Его Сиятельство, пусть проходит! — велел Арсиеро.
Роксана явно растерялась, но не посмела возражать.
И вот Маурисио показался в дверях. Галантно раскланялся, целуя дамам ручки. Эстелла поймала на себе его оценивающий взгляд. Её затошнило, а в голову ворвалась мысль: план Либертад безумен и обречён на провал. Всё удастся, только при огромном везении. Но вероятность его — один к ста. И о чём она раньше думала? Где была её голова? Не стояло подключать Маурисио к этому цирку.
— О, Ваше Сиятельство, маркиз, давненько вы к нам не заходили! — Арсиеро крепко пожал Маурисио руку. — Мы уж думали, вы забыли о нас. Будьте любезны, проходите, располагайтесь. И знакомьтесь: Его Сиятельство граф Сезар де Пас Ардани.
— Маркиз Маурисио Рейес к вашим услугам, — Маурисио пожал деду руку. — Прошу прощения, что ворвался так внезапно, но я не знал, что у вас гость, и не стал предупреждать о визите заранее. Это моя ошибка, простите меня.
— Ну что вы, Ваше Сиятельство! Не извиняйтесь, мы всегда вам рады, — Эстебан лукаво взглянул на Маурисио. — Так с чем же вы к нам пожаловали?
— Ах, меня привело к вам, сеньоры, дело, которое не терпит отлагательств!
— Вы нас заинтриговали, Ваше Сиятельство, — любезно сказала Роксана. Да, притворства маме не занимать, когда ей выгодно, она умеет быть настоящей артисткой. Эстеллу это качество в Роксане всегда раздражало.
— Я не стану ходить вокруг да около и перейду сразу к делу. Я пришёл в ваш дом, сеньора Роксана, сеньор Арсиеро, чтобы официально просить руки вашей дочери.
Эстелла не удивилась. Наверное, маркиз спасёт её от этого старого дегенерата, но как она объяснит ему, что любит другого?
Арсиеро приподнял брови. Мисолина покрылась красными пятнами и разинула рот, согласная тут же выкрикнуть «да» на всю округу. Ха! Она думает, что маркиз пришёл к ней. Эстелла едва не расхохоталась в голос.
— Ну что ж, это замечательно, — сказала Роксана. — Хоть и неожиданно. Признаться, вы застали нас врасплох, Ваше Сиятельство. Конечно, по старшинству, первой должна выйти замуж Эстелла, но думаю, падре Антонио не будет возражать, если мы сыграем обе свадьбы одновременно.
— Неужели сеньорита Мисолина тоже выходит замуж? — простодушно спросил Маурисио. — О, я не знал! Примите мои поздравления!
Наступила пауза.
— Простите, я что-то не так сказал? — не дошло до Маурисио.
— Нет, но, маркиз, разве вы пришли свататься не к Мисолине, моей младшей дочери? Вы же только что просили её руки! — наморщила лоб Роксана.
Впервые Эстелла увидела, как Маурисио улыбается. Обычно он был серьёзен, и когда его что-то веселило, лишь немного кривил губы. Эстелла подумала, что улыбка маркизу идёт, пусть он и холоден, как ледник в Андах, но с улыбкой Данте её не сравнить. Когда Данте смеётся, душа отражается в его глазах, у Маурисио же глаза мертвы.
— Боюсь, сеньора, вы меня неправильно поняли. Сеньорита Мисолина, безусловно, девушка красивая, но я прошу руки вашей старшей дочери — сеньориты Эстеллы.
Мисолина так и застыла с открытым ртом.
— Увы, но это невозможно, — процедила Роксана. — Сожалею, но мы вынуждены вам отказать, Ваше Сиятельство. Дело в том, что у Эстеллы уже есть жених. Она выходит замуж за графа де Пас Ардани, присутствующего здесь. Мы как раз это обсуждали, и это решённый вопрос!
В ответ на эту реплику старик кивнул и ощерился, демонстрируя редкие чёрные зубки.
— А я думаю, Роксана, вы не правы, — вмешался Эстебан. — Мы только говорили с Его Сиятельством на эту тему, но они с Эстеллитой ещё не обручены, и сеньор маркиз мог бы составить конкуренцию господину графу.
— Абсолютно с вами солидарен, Эстебан! — сказал мигом повеселевший Арсиеро. Эстелла заметила, как он подмигнул дяде. — Почему бы нам не обсудить этот вопрос за обедом? В конце концов, мы не колбасой торгуем, а выдаём замуж нашу дорогую девочку. И мы не можем принимать скоропалительных решений. Надо всё взвесить, обдумать...
Грудь Роксаны гневно вздымалась — появление маркиза испортило её «идеальный» план. Она сжимала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, и взглядом метала молнии в Эстеллу. Девушка же не понимала, в чём она виновата, испытывая недоумение и горечь. Почему мать так её ненавидит? Мисолина кусала ногти. Судя по выражению её лица, она была готова выпить эстеллину кровь через трубочку для коктейля.
Мужчины, побеседовав о театральных постановках и криминальных происшествиях, сели на своего любимого конька — политику, быстро найдя общий язык. Мисолина, Роксана и Эстелла, сидя с каменными лицами, как три вороны на заборе, яростно зыркали друг на друга.
Когда Либертад пригласила всех за стол, опять зазвонил колокольчик. По спине Эстеллы побежали мурашки. Мгновение, и...
— Сеньоры, — объявила Урсула громко, — там опять гости. Ещё один молодой человек. Говорит, что ему нужны хозяева дома.
— Мы больше никого не принимаем! — рассвирепела Роксана. — Так сложно понять, что у нас семейный обед? Выстави его вон, кем бы он ни был, Урсула!
— Но сеньора, тот человек говорит, это срочно.
— А кто он такой, Урсула? — спросил Эстебан.
— Мне он незнаком. Молодой и красивый, и сразу видать из богачей, и хоть он и говорит по-испански, но, походу он иностранец. Одетый он странно, у нас так не ходят.
— Вот как? — Арсиеро разобрало любопытство. — Сегодня прямо день визитов! Ну что ж, пригласи этого господина, Урсула, — распорядился он.
Сердечко Эстеллы ёкнуло. Через минуту Урсула вернулась, и следом за ней зашёл высокий юноша. Эстелла чуть не вскрикнула — это был Данте. С его лицом, с синими омутами глаз, с его фигурой, но волосы его доходили до поясницы. И одет он был роскошно. Эстелла силилась придти в себя. Нет, разумеется, это Данте, но, кажется, он нарочно строит из себя принца.
— Добрый день, — первым нарушил молчание Арсиеро. — Хотелось бы узнать, кто вы такой, и что вам угодно?
— Добрый. Мне нужны хозяева этого дома. Я виконт Данте Ньетто. И я пришёл по срочному делу.
Виконт? Что он несёт? Эстелла вопросительно заглянула в сапфировые глаза. Данте ответил на её взгляд, незаметно подмигнув. И по венам девушки заструилось тепло. Страх отступил. Он пришёл. Он здесь. Всё будет хорошо.
— Ну что ж, проходите, Ваша Милость, — приосанился Арсиеро. — Ваш визит для нас — неожиданность. Но позвольте спросить, мы знакомы? Если честно, я вас не припоминаю.
— Боюсь, что нет, не знакомы, — Данте протянул Арсиеро руку, поцеловал дамам запястья. Когда дошла очередь до Эстеллы, он чуть сжал её пальцы. Эстелла обратила внимание, что у юноши длинные ногти, вернее когти, похожие на когти хищной птицы.
— Мы не знакомы по той причине, что я лишь недавно приехал из Маракайбо [5]. И я почти никого не знаю здесь, — голос Данте звучал немного непривычно. Эстелла обожала тембр его голоса, но теперь он был ниже и тише обычного. Он баюкал, гипнотизировал, ласкал, вводил в транс...
— О, а я никогда не был в Маракайбо! — оживился Эстебан. Изучив взглядом юношу, он обернулся к Эстелле. Та незаметно кивнула. На лице дяди отразилось удовлетворение.
Роксана же была в ярости, а Маурисио, похоже, нутром почувствовал скрытую угрозу, как самец, на территорию которого затесался чужак. Не мигая он уставился на Данте, и в его пустых глазах мелькнула неприязнь. Граф де Пас Ардани, до горла нагрузившись чаем и сладостями, клевал носом.