Данте рассмеялся, осушая стакан за стаканом, и выпуская клубы дыма Томасе в лицо.
— А с каких это пор мой пёсик курит? — ухмыльнулась Томаса, косясь на длинную трубку в его руках.
— С тех самых. Что хочу, то и делаю! — глаза у Данте сейчас были чёрные, а волосы, под воздействием магии, с каждым днём становились всё гуще и гуще, точно высасывали кровь из своего хозяина.
— Фи, какой ты грубый! — пухлыми пальчиками Томаса подцепила прядь его волос, что змеями спадали по плечам и спине. — А когда это ты успел так обрасти, прям как девка? Может тебя постричь, м? А то скоро патлы твои дорастут до пола и ты, чего доброго, ещё наступишь на них, — и она громко захохотала.
— Тебя забыл спросить, — огрызнулся Данте.
— Ну чего ты такой злой сегодня? — надула она щёки. — Я ж пошутила. Мне нравится твоя грива, я б её съела, — и она опять захихикала. — Может, пойдём наверх?
— Ещё рано. Да и мне хочется сегодня чего-то особого, — Данте сверкнул на Томасу своими фантастическими очами.
— А я — не особая? — удивилась Томаса. — Пока никто не жаловался. Уж я-то умею ублажать мужчин, а ты такой красавчик, прямо... ммм... так бы тебя и съела. Но я могу придумать и что-то необычное, ты только скажи чего ты хочешь. А может, ты хочешь нашего жандарма, донью Нэлу? Но она дорого берёт и не с каждым идёт. Но чего там смотреть-то на неё? Там даже ухватиться не за что! — Томаса горделиво выпятила свою шарообразную грудь, давая возможность всем на неё полюбоваться. — Хозяйка наша старая и плоская, как камбала. Когда она проходит мимо, слышно как гремят её кости, — в ответ на эту реплику Коко и Маргарита — девица, разливающая спиртное, заржали.
— Нет уж, увольте, я не люблю костлявых старушек, фу-у-у, — брезгливо поморщился Данте. — Предпочитаю вкусненькое и свеженькое.
Ласки Томасы продолжились. Она взгромоздилась к Данте на колени, жадно целуя его то в губы, то в шею, а то лохматила волосы, чем вводила его в исступление. Коко, тоже успевшая набраться до горла, караулила клиентов, глядя на дверь. Но мужчины не спешили, приходя по одиночке и осматриваясь, они медлили, беседуя с хозяйкой. Да и Коко особо не стремилась работать, пропуская всех клиентов в надежде, что ей улыбнётся удача в виде молодого красавца, который в неё влюбится. Сегодня у неё было романтическое настроение и она с завистью поглядывала на Томасу, отхватившую такой лакомый кусочек, как Данте, и на Сандру — белокурую девицу в голубом платье, что уже залезла на Клема.
— Чего это ты ничего не делаешь, а? — ядовито спросила Томаса, видя, как Коко бьёт баклуши. — Донья Нэла задаст тебе жару! Сама знаешь, она не любит бездельниц. Вон, гляди, клиенты незанятые ходят. Вон тот с усами, к примеру.
Коко сделала такое лицо, будто её вот-вот стошнит.
— Знаю я этого усатого, был он у меня как-то, — заявила она капризно. — Таракан тот ещё. Извращенец чистой воды. Но может, мне повезёт сегодня и ко мне придёт кто-то милый. Ну или хотя бы молодой.
— Надеешься получить удовольствие от своей работы? — Томаса и Маргарита заржали в голос.
— А чего тут такого? — набычилась Коко. — Или ты думаешь, что только им надо удовольствие, а я обойдусь?
Томаса пожала пухлыми плечами.
— Эх, детка, какая ты наивная! Я уж и не помню, когда в последний раз получала удовольствие с мужчиной. По мне, так они все дегенераты. Ну окромя вот этого пирожного с карамелью, на котором я сейчас сижу, — и она смачно чмокнула Данте в подбородок.
— О, я придумал! — объявил вдруг тот. Хмель, наконец, подействовал на него, вызвав желание вытворить что-то дикое. — Я знаю, что сегодня мы будем делать. Раз уж я пришёл сюда, я хочу веселиться. Я хочу и тебя, и тебя, — он указал на Томасу и на Коко. — Вы будете ублажать меня вдвоём.
Они переглянулись.
— А я не знала, что ты тоже извращенец, — хихикнула Коко.
— Можно подумать, ты никогда этого не делала.
— Пёсик, а ты после такой выпивки с двумя-то справишься? — скептически заметила Томаса.
— Ты меня плохо знаешь, сладкоежка.
Тем временем, блондинка-таки завладела Клемом, быстро утащив его наверх. Данте был рад, что Клементе не сидит у него над душой. В эту секунду внимание всех привлекли новые гости. Их было четверо: высокий, русоволосый мужчина лет пятидесяти, закутанный в плащ; второй мужчина, полноватый, с короткими маленькими ножками, прикрывал лицо шляпой, надвинув её на лоб, и невозможно было определить сколько ему лет, но, судя по походке, он был немолод. Третий мужчина — мулат лет тридцати в простой рубахе и домотканых штанах. С ними была женщина. Длинный балахон с капюшоном скрывал её целиком. На лицо была надета золотая маска с красными перьями. Мужчины поздоровались с доньей Нэлой и, более ни с кем не общаясь, держа женщину под руки, увели её наверх.
— А кто это? — спросил Данте. — Что за девка? Новенькая?
— Ну да, типа того, — презрительно сморщилась Томаса. — Залётная птичка и вечно в маске. Никто из девочек с ней разу не общался и никто не видал её лица, ну разве что донья Нэла. Эта дамочка всегда приходит с толпой мужчин, ведёт их с собой.
— Хорошо, что она не отбивает у нас клиентов, а приводит их с собой. Небось на улице ловит, — буркнула Коко. — Ловила б тут, я бы ей вмазала. Слишком нос задирает, в маске она видите ли. Загадочную из себя строит.
Спустя полчаса Данте, который был пьян так, что и сидеть уже не мог, нежился в постели, ласкаемый двумя женщинами. Коко, раздев его донага, целовала ему грудь, живот, спускалась на бёдра и поднималась обратно, а Томаса, положив его голову себе на ноги, перебирала ему гриву.
На какой-то миг по телу Данте пробежала дрожь — он представил на месте Коко Эстеллу. Это она сейчас его целует, это её губы скользят по его телу.
— Ещё... ещё... Эсте... Эсте, не уходи... ещё... — шепнул он, проваливаясь в бездну.
Ночь прошла бурно. Правда, Данте смутно помнил её, проснувшись поутру на розовых шёлковых простынях в компании сразу двух девок. Голову ломило так, будто по ней прогулялся бегемот. Ещё бы, столько выпить! И зачем он так нажрался вчера? Толку всё равно нет, Эстеллу он не забыл даже в пьяном угаре.
Кое-как встав, Данте добрался до ванной. Сидя в ароматной пене, он мало-помалу приходил в себя. Как вдруг сквозь дверь услышал шум и беготню. Но не стал торопиться. Спокойно закончил водные процедуры, оделся и вернулся в комнату. Положив золото на тумбу, увидел, что кровать пуста. Томаса и Коко стояли у двери, закутанные в простыни.
— В чём дело? — спросил у них Данте.
— Т-там что-то с-стряслось, — ответила Коко заикаясь.
— Кажется, драка в соседнем номере, — добавила флегматичная Томаса.
Они все втроём вышли из номера. А в коридоре уже образовалась толпа. Девочки и мужчины пёстрыми стайками топтались по всему периметру, с любопытством глядя на дверь, из-за которой раздавались грохот и скрежет, будто мебель расшвыривали по углам. Клем тоже был здесь. Уже одетый и, вероятно, ожидающий появления Данте.
Пять минут никто не двигался, слушая шум и гневные голоса. Данте зевал, изнемогая от головной боли.
— Мне кажется, нам стоит вмешаться, — подал голос Клем.
— А если и нам достанется? — опасливо нахмурился мужчина с огромными залысинами.
— Но нельзя же просто так тут стоять и слушать, — не согласился Клементе.
— Та-а-ак, ну и в чём дело? Что тут за сборище? — явилась донья Нэла, на ходу запахивая красный халат. — Кто тут буянит?
— Там, вон в том номере, что-то происходит, — пропищала худосочная румяная девица в платье с розовыми сердечками.
— Они там дерутся, похоже, — уточнил Клементе.
Донья Нэла взором жандарма глянула на шумную дверь.
— Безобразие! В моём заведение это запрещено! Ну сейчас я им устрою!
Она собралась уже ворваться в номер, но не успела — дверь раскрылась и оттуда вывалился мужчина. На носу его сидели расколотые очки, рубашка была порвана и окровавлена, а из груди торчал кинжал.
====== Глава 16. Маски сорваны ======
Несколько мгновений никто не двигался. Все глядели на мужчину в надежде, что тот шевельнётся, но он так и лежал на спине с кинжалом в груди. В номере гвалт не утихал и, не прошло и минуты, как из двери кубарем вылетели ещё двое. Сцепившись намертво в рукопашной схватке, мужчины, крепкие и молодые, перекатились через мертвеца. Под их весом торчащий кинжал вошёл в труп по самую рукоять.