— Значит, они хотят посмотреть на меня в деле? И чем ограбление склада нам поможет?
— Хотя бы тем, что вы самолично готовы вступиться за своего вассала.
— Разве другие главы рода способны проглотить подобный наезд? — удивился я.
— Всякое бывает, — крякнул Сан Саныч, — зачастую проблемы вассалов — это проблемы вассалов. Не все бережливо относятся к своим людям.
— Ладно, заканчиваем разговоры. Даю добро. Надеюсь, люди надёжные, и, если не вступят в мой род, у них хватит ума держать язык за зубами. Ещё раз подумай, это будет на твоей совести, — Сан Саныч согласно кивнул, — как будем добираться?
— Маголёт до Воронежа, оттуда на машинах.
— Маголёт… — Я поморщился. Мне всё ещё не нравилось летать на них, — ты уверен, что это нормальный вариант? Мы оставляем следы.
— Летим на грузовом, — успокоил меня Сан Саныч, — всё продумано. Не беспокойтесь. Вы просто выехали из города на пикник с ночёвкой. Следов не останется! — Он посмотрел на часы. — Выходим ровно в восемь. У вас двадцать минут привести себя в порядок и переодеться во что-нибудь практичное и неприметное, — с намёком посмотрел на Афродиту, которая сидела за столом в лёгком платьице.
Афродита оделась в полувоенную форму, как и я. Мы уже не раз ходили в прорывы, и после первого же посещения она купила нам несколько комплектов одежды, в которых можно было бегать по лесу и ползать по земле. Форма была дорогая, но того стоила. Специальное зачарование не давало одежде пачкаться и мяться. К тому же, в ней было комфортно в любую погоду — от плюс тридцати до минус десяти градусов.
Сан Саныч, глядя на нашу одежду, с завистью поцокал языком. Каждый комплект обошёлся более чем в пятнадцать тысяч рублей! Но оно того стоило!
В маголёт мы загрузились в каком-то грузовом аэропорту. У нас никто документы не спросил. Просто подъехали на машине к маголёту как раз к концу загрузки. По легенде, мы сопровождали груз с оборудованием.
Через четыре часа — грузовой маголёт летел низко и медленно — мы приземлились. Почти сразу подъехал тонированный автомобиль, и Сан Саныч, смотревший в окно, кивнул нам:
— Выходим и сразу в машину. Не зачем тут светиться лишний раз. Вряд-ли вас кто-то узнает, но лучше поберечься.
За рулём сидел Давид. Он радостно улыбнулся при виде меня.
— Добро пожаловать! — Распахнул нам заднюю дверь. Мы с Афродитой юркнули внутрь. Сан Саныч сел на переднее сиденье, и Давид споро вырулил с посадочной полосы.
Ехали мы около двух часов по дороге в сторону Ростова-на-Дону, затем остановились у одного из ресторанов, где пообедали в отдельном кабинете. Заодно набрали с собой еды в дорогу.
Когда уже стемнело, съехали на грунтовую дорогу и, попетляв некоторое время, остановились у небольшого лесочка.
— Идёмте, — Давид выскочил из машины и уверенно направился в лес. Три минуты пешком — и мы оказались в небольшом лагере. Здесь горел костёр, стояли палатки.
Мы подошли к костру, вокруг которого сидело несколько человек.
— Добрый вечер, — произнёс я, входя в круг света. Мне ответили нестройные голоса.
Всё, как и говорил Сан Саныч: пять взрослых, битых жизнью мужиков и два парня лет двадцати пяти — это Кругловы. На самом деле одному было двадцать девять лет, а второму тридцать два. Очень молодой возраст для «мастеров». Отец вложил в них не мало денег, но мастерами они стали только после вступления в мой род. Им не хватало одного маленького шага и вассальная связь с моим родом им помогла.
— Князь Виталий Шувалов, — представил меня Сан Саныч, — где Петро и Джокер?
— Дежурят, — растягивая буквы, ответил здоровый бугай. Он несколько лениво поднялся и подошёл ко мне, — князь, значит? Молодой… — Протянул мне руку для рукопожатия.
Смело шагнув вперёд, я сжал его ладонь, усилив себя магией. Несмотря на это, возникло ощущение, что моя рука попала в тиски, — но улыбка не сходила с моего лица.
— Молодость — она проходит, а к некоторым приходит мудрость. Но вас, похоже, она обошла стороной? — Глядя в глаза мужика, я продолжал улыбаться.
— Достойно, — кивнул тот, отпуская мою руку. Не очень понял, что он имел в виду, мои слова или рукопожатие, но в этой ситуации это было и не важно.
— Меня зовут Крест, — представился мужик.
— У вас тут у всех клички?
— Позывные. Так короче. Вообще, я Крестовский Данила, но для своих — Крест.
Потом представились и остальные. Последними подошли братья Кругловы. Они явно чувствовали себя неуютно в компании военных. Глядя на них, можно было сказать одно — работяги. Люди, привыкшие к труду. Ладони в мозолях, широкие плечи, внимательный взгляд.