— Сделаю, — Скуртов согласно кивнул.
— Тогда на сегодня всё, — Николай Алексеевич поднялся, — война всё ближе, а мы по-прежнему к ней не готовы.
Глава 8
Глава 8
Утром после завтрака, решил не тратить время и побыстрее закончить с «Берлогой». Долгие тренировки с Грищенко дали свои плоды. Мне больше не приходилось напрягаться, призывая стихию. Во мне добавилось уверенности в себе и своих силах. Похоже, именно этого мне раньше не хватало. Больше я не призывал дух, обещая, что поиграю с ним. Нас называют повелителями стихий, и да, я повелевал! Опустив руки в воду, я велел духу появиться. Твёрдо, уверенно и безапелляционно. Дух сразу откликнулся на призыв, за что получил частичку моей силы в награду, как хозяин собаке даёт вкуснятину за послушание. Так и здесь.
Вода в бассейне заискрилась от силы, которой делился дух воды, и, как и положено, я слегка добавил своей энергии — такой редкой и ценной энергии паладина.
С удовольствием осмотрев воду, окунулся в неё с головой. Всё идёт по плану: мой род становится сильнее, обрастая «мастерами», а через пару дней мы отправимся закрывать прорыв, что усилит меня как паладина и позволит восстановить силы Афродите.
Вчера вечером мы немного пообщались с Екатериной Демидовой. За бокалом вина мне удалось узнать немало полезной информации. Она рассказала то, о чём многие знали в высшем свете, но чего не знал я.
Оказывается, все те месяцы, что я был в кадетском училище, новые паладины пытались закрывать прорывы, но это у них не получалось. Хотя об этом я и так догадывался. Но вот того, что все уже знают — вторжение начнётся через две недели, я не знал. В день начала вторжения объявят о введении военного положения. Всех «мастеров» призовут.
Войска находятся в боевой готовности. По словам целительницы, свободно гулять мне осталось недолго. За пару дней до начала вторжения всех кадетов вызовут на места.
В свете этой информации стало понятно, почему род Демидовых так спешит закрыть прорыв, который находится на их земле. По её словам, прорывы на родовой земле род должен зачищать собственными силами, обращаясь к государству только в крайнем случае.
А ведь у меня через десять дней день рождения, который я планировал отпраздновать на море в кругу своих друзей и близких людей.
— Всё готово? — Екатерина прервала мои размышления. — О чём переживаешь?
— День рождения скоро, — поделился я.
— Ага, а тут война! — Она весело рассмеялась, хотя я не видел ничего смешного. — Да чего ты грустишь? Это не повод отменять праздник. Может, и не будет никакого вторжения!
— Ты знаешь, — я окинул взглядом целительницу. Красивая, уверенная в себе женщина, довольная своей жизнью. Для неё вторжение, скорее, способ заработать и показать себя, чем что-то ужасное, — может, и не будет, но, честно говоря, лучше уж пусть случится. И чем раньше, тем лучше. Сейчас мы хотя бы к нему готовы. Столько разговоров о нём… Нет ничего хуже ожидания. Я стараюсь не думать на эту тему, но это не слишком помогает. Всё равно нет-нет да вспоминаю Барнаул. И те разорванные тела людей, что видел, входя в город. Их были тысячи!
— Понятно всё с тобой, — на лице целительницы померкла улыбка, а вокруг глаз появились едва заметные морщинки, — ты встанешь грудью на защиту в первых рядах. И бесславно погибнешь. Так оно и происходит с такими юнцами, как ты.
— Погибать я не собираюсь. Живым принесу куда больше пользы, — я поднялся с лежака: разговор начинал меня утомлять, особенно я не любил, когда ко мне относились подобным образом. Я не юнец!
— Люди всегда гибнут. Тысячами. Каждый день. Маленькие дети умирают, как и прекрасные девушки, и юноши. Матери, отцы, браться, сестры. Нет возможности скорбеть по каждому. У тебя своя жизнь, так приноси пользу и делай всё по совести, — неожиданно разоткровенничалась она, — помни мои слова. Не лезь в самую мясорубку. Ты живым нужен не только своему роду, но и всей Империи. Если встанет выбор: выжить и пожертвовать ради этого людьми — лучше выживи, — сейчас она была полностью серьёзна.
— В чём-то ты права. Но не уверен, что у меня получится.
— Ты уж постарайся, — ободряюще улыбнувшись, целительница махнула рукой в сторону двери, — заводи своих кандидатов. У меня ещё полно дел!
Через пару часов у моего рода появилось ещё два новых «мастера». С Екатериной мы договорились встретиться здесь же через месяц. Решили, что два человека будут от рода Демидовых, а два — от рода Шуваловых.
Быстро перекусив, она помахала нам рукой и уехала.
Мы тоже собрались ехать в Екатеринодар, но по дороге мне позвонила Афродита и очень настойчиво попросила прибыть в Ахтырку. Что случилось, говорить не стала, но просила поторопиться. Так что, не заезжая домой, мы поехали в аэропорт.