— Игорь, — не выдержал Василь, резко перебивая, — так и говори, что на всех сидящих в этом кабинете имеется подобная папочка, а на некоторых она, скорее всего, толще в пару раз! — Он неодобрительно посмотрел на Демидова, после чего повернулся ко мне. — Много власти приводит к безнаказанности. Очень легко потерять берега, а особенно часто подобное происходит при слабом Императоре!
— Да, Николай Алексеевич пока не вытягивает, — тут же вступил в беседу Шешковский, — чтобы был порядок, Империи нужны железная воля и крепкая рука. Этим отличался его отец.
— Дайте время Николаю, — примирительно произнёс Демидов, — он ещё наведёт порядок.
— И тебя это не страшит? — ухмыльнулся ему в лицо Шешковский.
— Мне бояться нечего. Пусть я в некоторых местах и перегибал палку, но честь для меня — не пустой звук! — гордо выпрямился Игорь Владиславович, с вызовом глядя на Захара. Тот в ответ лишь развёл руками. Похоже, крыть ему было нечем.
— Именно поэтому мне не стыдно сейчас сидеть в этой комнате в вашей компании, — обвёл взглядом всех Василь, — вы знаете, что такое честь!
После чего одобрительно кивнул мне:
— Ты можешь идти. Я выписал тебе увольнительную на семь дней. Не теряй время, — он по-доброму улыбнулся, — а мы тут пока ещё побрюзжим!
— Благодарю за компанию, — я поднялся на ноги, — тогда пойду.
Попрощавшись со всеми, я спустился вниз. Подхватив под руку Афродиту, которая, к моему удивлению, за это время ничего не натворила и ни с кем не подралась, отправился с ней в гостиницу.
В холле нас ожидал мрачный Араслан в военной форме.
— Наконец-то! — Он вскочил на ноги, увидев меня, и по привычке отдал честь. — Тьфу ты! Как же мне надоели эти сапоги! Поехали уже отсюда. Самолёт я забронировал. Вылет через два часа, — огорошил он меня.
— Я думал, с утра отправимся, — сказал я, поднимаясь по лестнице к своему номеру.
— От начальства надо держаться подальше. Увольнительная пришла — надо валить! — поделился со мной житейской мудростью Араслан. — Тем более, Павел Богданов уже решил свои проблемы и ждёт нас.
Поздно ночью я засыпал в шикарном номере отеля, принадлежащего «Макс-групп». За окном шелестели волны моря, а я был доволен, как первоклашка, получивший свою первую «пятёрку». Несмотря на все трудности, мне удалось добраться до моря!
Следующий день прошёл в радостных хлопотах. Послезавтра наступал мой день рождения, и Афродита готовилась его отпраздновать, как и многие другие мои друзья и члены рода Шуваловых. Павел выделил для нас большой ресторан с огромным залом. Приехали мои музыканты и Арсен. Сначала мы выступим на сцене для гостей, затем выступит Агата Гуриеле, с который мы давно не виделись. Она с радостью согласилась принять участие в концерте и отпраздновать со мной день рождения. Далее выступит ещё пара групп, так что вечер обещает быть интересным и молодёжным.
Павел утром рассказал о своих приключениях. Его тоже мобилизовали, при этом сообщение не приходило, как и мне. Мобилизовал его московский военный округ и спустя восемь часов отправил в местное отделение заявку на арест Богданова как уклониста. Военная полиция вытащила ничего не понимающего Павла практически из кровати.
— Хорошо, хоть дверь не стали выламывать, но всё равно приятного мало, когда десяток человек врываются в твой дом, — продолжал делиться со мной Павел, — показали ордер на арест, телефон отобрали, даже позвонить не дали, заявив, что это военная полиция, и у них свои законы. В общем, скрутили меня по-быстрому и увезли!
— И как ты выбрался? — Араслан с любопытством слушал историю Павла. Он более удачно пережил мобилизацию.
— Спасибо жене, быстро подсуетилась. Хотя это было непросто. Сан Саныч недоступен, Араслан тоже. До тебя не дозвонилась.
— Странно, вроде я должен был быть доступен, — удивился я.
— Ты в это время был в киевском штабе, там гражданские телефоны не работают, — напомнила мне Афродита.
— Хорошо, она вспомнила об Ульрихе, я рассказывал своим жёнам о нём. Набрала телефон конторы и путём долгих переговоров получила его номер телефона. А тот уж отработал на все сто. Меня быстро вытащили из военной прокуратуры и зарегистрировали в военной части, расположенной в Геленджике. А там есть свои люди, — Павел довольно улыбнулся, — договорился!
— Подкуп, взятки? — понимающе кивнул я.
— Да какой там! — махнул рукой Павел. — Они сами не знали, что со мной делать. Я, между прочим, младший лейтенант. Офицерский состав. Мне положены отдельная квартира, довольствие, форма и всё такое. Так что командующий военной частью был рад выдать мне «особое задание». Я нынче на службе, — он погладил рукой свой военный мундир, — охраняю стратегические объекты, к которым причисленная и эта гостиница. В помощь выдали пару рядовых, так что… служу потихоньку, — радостно закончил Богданов.