— Уже не важно, носишь ты браслет или нет. Ты можешь выпить энергию любого человека. Ты изменился. Можно было от него избавиться в первые пять дней, но теперь это уже не имеет смысла, — Егор с сочувствием посмотрел на меня, — сейчас он — просто переносной аккумулятор.
— Ни одной хорошей новости, — я откинулся на спинку стула. Беседа начала меня сильно утомлять.
— Ну почему же, — видя моё состояние, Егор улыбнулся, — могу рассказать о вторжении и как с ним бороться.
— Это, похоже, меня мало будет касаться, — пожаловался я, — тут пусть у генералов голова болит. Хотя — да, вы правы, послушать будет любопытно. Тем более, узнать, какую роль отводят мне.
— Найты действуют всё время одинаково, как по шаблону. Победить их просто. Надо сдерживать нападения и убивать как можно больше тварей. Но самое главное — убить вожака орды. У них что-то типа племенного строя. Племена живут обособленно и только во время великой жатвы, так они называют вторжение, выбирают себе вожака. Сначала я был уверен, что Борей готовит именно тебя на роль убийцы вожака. Всё об этом говорит: и наличие браслета, и твои силы. Но сейчас я думаю, что Борей решил действовать более хитро, — он задумался и замолчал.
— А кто в прошлый раз убил вожака? — задала вопрос Афродита. — Это ведь был ты? Именно тебя готовил Борей тогда. Только ты не взял браслета. Как ты с ним справился?
— Да, ты права. Это были я и Захар. У него как раз был браслет, и, должен сказать, разница в наших силах была на порядок! На моей стороне — мастерство и понимание, а Захар брал мощью. Вдвоём мы смогли победить вожака. На этом вторжение быстро и закончилось. Некому стало управлять Найтами и они из грозной армии превратились просто в грабителей.
— Я так понимаю, главная проблема — отыскать вожака? — Я поднялся со стула и прошёлся по комнате, разминаясь. — Но ведь у Найтов есть связь, они вроде безошибочно могут определить, в каком прорыве засел вожак.
— Ты много знаешь, — с уважением произнёс Егор, — так и есть. Но Найты ужасно боятся вожака, и разговорить их не всегда выходит. Тем более, он не задерживается на месте, появляясь то в одном прорыве, то в другом. Не обманывайся: война будет тяжёлой и кровавой. Её не получится закончить за один удар.
— Жаль, — вздохнул я, — так что ты там говорил насчёт того, что Борей готовит именно меня на роль убийцы вожака?
— Да вот, — Егор провёл рукой по своей бороде, разглядывая меня, — ты обрёл большие силы, но, мне кажется, Борей тобой недоволен. Тем более, после того как ты увёл у него дочь. Ты стал князем и, сдаётся мне, весьма самостоятельным. Обрёл род…
— Так и есть, — согласился я, — что это меняет?
— Борею нужны послушные слуги, настоящие фанатики. Такие, как тот же Георгий Спиридонов. Из тебя не получилось вылепить подобного, как в свое время и из меня. У Борея всегда есть запасной вариант, он умён и хитёр.
— Понимаю, — что тут ещё скажешь? Прав Егор, не поспоришь, не удалось мне проникнуться любовью к Борею, да и слепым поклонением я не занимался. Зато Георгий Спиридонов вполне подходил на эту роль, — ты меня подводишь к выводу, что Борей решит избавиться от меня?
— Проскакивает такая мысль, только вот ты связан клятвой с Лизонькой, — он кинул быстрый взгляд на девушку, — не знаю. Возможно, отцовские чувства окажутся сильнее выгоды. Твой браслет накопил немало энергии, и если дела пойдут совсем плохо…
— То, скорее всего, Борей заберёт её всю себе? — закончил я за него. — И снимать его с руки по-прежнему не имеет смысла?
— Нет. Даже если ты спрячешь этот браслет далеко или выкинешь в океан, ты с ним связан.
— Гриша, отец не может так поступить. Я не верю ни единому твоему слову. Когда ты так обозлился на него? За что? Он дал тебе эту долгую жизнь, сделал тебя паладином, а ты его предал!
— Пожалуйста, называй меня Егором. Я теперь другой человек. Это была минута слабости, но с нею покончено, — он резко поднялся из-за стола, — я рассказал всё, что знаю, и предупредил тебя, — Егор протянул мне руку, — когда начнётся вторжение, я лично приеду с паладинами. Нам надо постараться как можно быстрее снабдить их энергией — ты один не справишься с тварями и прорывами. Работы хватит на всех.
— Договорились, — кивнул я, пожимая протянутую ладонь.
Грищенко на прощанье кивнул нам и вышел вслед за Егором.
— Вот такие дела, — протянул я, когда мы остались вдвоём с девушкой.
— Я тоже постараюсь не вспоминать его. Елизавета меня практически вытеснила, стоило ей увидеть Григория, — Афродита аж притопнула ногой, — мерзавка, мне пришлось с ней бороться! А ведь какая гадина — сидела так тихо… я была уверена, что её сознание полностью растворилось во мне!