— Ничего, — попытался утешить её я, — знаешь такое выражение: предупреждена — значит, вооружена? Теперь ты знаешь о ней и постараешься себя контролировать.
— Именно так! — Девушка яростно сверкнула глазами. — Это моё тело и моя жизнь! И никакой Григорий мне не нужен, у меня есть Артур!
— А что ты думаешь про Борея?
— Не знаю… очень уж гладко говорил Гриша. Да, во мне есть частица души отца, так же, как и в Борисе. И люди для отца, как муравьи для тебя, — она прошлась по комнате и остановилась напротив меня, — извини, что я так нервно реагировала на его слова о моём отце. Сейчас я, скорее, согласна с ним и при этом… не осуждаю Борея. Всё действительно может быть так, как говорит Григорий. Этот мир жесток и зачастую, для победы приходится чем-то жертвовать.
— Понятно, — кивнул я, — ты тоже считаешь себя выше людей?
— Да! — Афродита задрала подбородок и с вызовом посмотрела мне в глаза. — И что в этом плохого? Да вся высшая аристократия считает себя выше простых людей!
— Да ничего, — я пожал плечами, — просто решил уточнить.
— Тебя предать я не смогу, не переживай. Я сама дала тебе клятву. Мы связаны.
— Пойдём уже, надо собирать вещи и выезжать в Киев. Завтра утром мне на службу.
В Киев мы поехали на машине. Разговаривать не хотелось. Я сидел у окна, разглядывая мелькающие перед глазами пейзажи, и размышлял.
То, что Афродита — не совсем человек, мне было понятно с самого начала, и ничего плохого я в этом не видел. Тот же Борис для меня более человечен. Афродита молодая и ищет себя. Думаю, любовь к Кулагину и жизнь в этом мире, в настоящем человеческом теле на неё положительно повлияют. Во всяком случае, Найты за десяток лет вполне очеловечились. Думаю, и с Афродитой это должно сработать.
Меня больше беспокоили предупреждения Егора об угрозе моей жизни и о мечтах Борея править этим миром. Один раз он упустил свой шанс, решится ли на второй? С другой стороны, Николай Алексеевич Романов явно не дурак и наверняка в состоянии предвидеть подобное. Скорее всего, именно по этой причине в Империи исчезли практически все браслеты рода. Правда, несмотря на это, роду Максютовых удалось сохранить один. Но второго паладина с браслетом Император не допустит, особенно если тот будет истинным фанатиком Борея.
Есть ещё церковь Света, которая тоже не потерпит конкурента. Её адепты сделают всё, чтобы силы и влияние Борея не возрастали.
Уверен, все молодые паладины прошли строгий отбор и целиком и полностью лояльны Империи и лично Императору. Скорее всего, у меня есть шансы остаться в живых. Григорий Распутин жив и работает на Императора. Почему у меня не должно получиться?
А вот Борея, скорее всего, мне стоит опасаться. Тут Егор прав. Я сам уже думал о том, что Аннулет во мне разочарован. Что тут сказать — я был ленив и думал, скорее, о своём обогащении и комфорте, а не о том, как бы услужить Борею. В итоге силы я набрал, но самостоятельно. Без его помощи. Знаний никаких мне не дали, хотя Борею это — раз плюнуть. Я сразу вспомнил, как получил умение махать саблей. Аннулет всего лишь закинул мне сознание, которое практически мгновенно мной усвоилось. Уверен, у Борея было достаточно возможностей поделиться со мной знаниями настоящих паладинов, но он по какой-то причине оградил меня от них.
Голова пухла от невесёлых мыслей. В итоге я сам не заметил, как уснул.
Глава 15
Глава 15
В Киеве мы заселились в ту же гостиницу. Не успел я разобрать вещи, как в номер постучали.
— Добрый вечер! — поприветствовал меня капитан Маланчук. Он был бодр, подтянут и гладко выбрит. Пройдя в комнату, огляделся.
— Красиво жить не запретишь! — оценил капитан мой номер, после чего сел на мягкий диван. Вместе с ним в комнату проник яркий аромат одеколона, похоже, капитан не пожалел и вылил на себя полфлакона.
— Чем обязан? — вяло поинтересовался я.
— С завтрашнего дня ты приступаешь к службе. Зашёл известить. В восемь утра заеду за тобой, поедем в штаб, — он обвёл взглядом шикарную обстановку, — вообще, тебе выделили комнату в офицерском доме.
— Я могу остаться в номере? — уточнил я.
Сан Саныч мне рассказывал об офицерских порядках. Младшему офицерскому составу выделяют комнату, семейным — квартиру. Можно самостоятельно озаботиться жильём, тогда ежемесячно мне будут выплачивать денежную компенсацию в размере 80 рублей. Но мне понравилось жить в этом номере. Комнат здесь, конечно, многовато, но это очень удобно, тем более, когда постоянно заходят гости. Правда, номер обходился мне примерно двести рублей в сутки, но я мог себе позволить подобные траты. Афродита сняла себе отдельный номер, значительно меньше моего, но я не сомневался, что она будет у меня частым гостем.