— Ерунду не городи, — перебила меня Афродита, — это вообще не твоё дело. У Императора достаточно компетентных людей, вот пусть у них голова и болит. Тем более, Егор набрал уже немало паладинов. Так что, как сейчас говорят, забей.
— Ага, — кивнул я, — Григорий для тебя теперь Егор? — Всё хотел обсудить с ней тему Распутина, но как-то не получалось.
— Конечно, — она вскинула на меня свои глаза, — Лизавету я далеко запрятала, и все её воспоминания о нём вместе с ней ушли. Так что Егор Капустин он — и никто другой.
— Ладно, — я с облегчением выдохнул. Рад, что Афродита смогла справиться с сознанием этой вредной тётки. Такой мне она гораздо больше нравится.
После разговора мы приступили к ежевечерней тренировке. Афродита давно занялась моим обучением, а после того как у меня начало получаться, я и сам удвоил свои старания. Сегодня мы учились вплетать в огненные шары магию паладина. Занимался я этим почти десять дней. Наконец-то стало получаться. Обычно, когда в магию добавляешь энергию паладина, магический конструкт распадается. Просто теряется контроль над ним. Две энергии конфликтовали, и надо было очень аккуратно всё делать.
На моей руке светился небольшой огненный шар. Внутри оболочки из обычной магии была капля магии Аннулета.
— Если его бросить в тварь, — учительским голосом вещала Афродита, — оболочка, врезавшись в защиту, разлетится, а магия паладина прошьёт её насквозь и убьёт тварь!
— Круто, — я развеял шар и тут же создал новый. С каждым разом у меня получалось всё лучше и быстрее.
— Береги энергию Аннулета. Она слишком трудно достаётся. Только убивая тварей и закрывая прорывы, мы её пополняем.
— Алтари же набирают её от людей, которые носят амулеты, — напомнил я.
— Да, но переработка идёт медленно. Есть ещё энергия веры. Она тоже пополняет Борея. Но только лично его. После последнего прорыва информацию об Аннулете закрыли. Тогда не было сети, только книги и журналы. Так вот, все книги с упоминанием Аннулета изъяли. Это сильно ослабило Борея.
— Мне кажется, это не так уж и помогло. Люди всё равно о нём знают.
— Ну… в последнее время его всё чаще упоминают, но, думаю, это сделано сознательно. Бороться с вторжением, когда Борей совсем слаб, — слишком опасно!
— Хотя, наверное, ты права: год назад, помнится, мало кто знал о нём, — кивнул я в ответ.
— Для обычных людей истории об Аннулете и его паладинах были сродни сказкам о Деде Морозе. Дворяне же хранят информацию в своих библиотеках. Да и живут они долго, так что многие застали прошлое вторжение.
— Чем лично мне помогает его усиление? — заинтересовался я. Энергии и вправду у меня было маловато, а черпать из браслета не получалось. Афродита говорила, что он поделится со мной, только если мне будет угрожать смертельная опасность. Вот такой, оказывается, жадный браслет рода.
Мой вопрос, похоже, поставил Афродиту в тупик. Она задумчиво начала рассматривать свои наманикюренные ногти, что-то тихо бубня под нос.
— Так что? Лично мне какая с этого польза? — поторопил я девушку.
— Не знаю, — мрачно ответила она, — наверное, никакой. Мой отец просто становится сильнее. Частью энергии он может поделиться с алтарями, если захочет. У алтарей эту энергию можно забрать. Но связь с большинством алтарей у Борея нарушена, — девушка развела руками.
— Ясно всё с тобой, — рассмеялся я, — стереотипы, они такие. Чем сильнее Борей, тем лучше, а начинаешь внимательно вглядываться — и оказывается, что лучше только самому Борею. Ладно, это дело мы переживём.
Во вторник тоже никакого вторжения не случилось, как и в среду. Зато вечером у нас с Афродитой появились гости. Приехала Полина, Артур и Арсен. Все такие весёлые и загорелые, что смотреть противно. Пока я работал, они продолжали отдыхать в Геленджике. Они по-хозяйски вломились ко мне в номер.
— Привет! Я соскучилась! — бросилась мне на шею Полина. — Вот, решили к тебе на недельку заглянуть. Потом уже по домам разъезжаться, — быстро протараторив приветствие, она стала гулять по номеру, как у себя дома, заглядывая в каждую комнату.
— Найдётся, где мне вещи кинуть? — скромно поинтересовался Артур. Я прекрасно знал о его бедственном финансовом положении, так что предлагать снимать отдельный номер не стал.