Сначала леди Стормсонг отправилась не в столицу, а на семейную виллу. Приглашение не содержало указания прибыть с особой поспешностью, оставляя на совесть получательницы способ и скорость езды, поэтому Анна имела полное право задержаться где-нибудь по пути. Черный Холм, в её представлении, был очень важен. Наследие предков не приносило особого дохода, зато не нуждалось в крупных вложениях и служило зримым подтверждением дворянского статуса. Потому что земля есть земля, без неё отношение к человеку слегка пренебрежительное, независимо от происхождения.
Проживавшие на вилле слуги, конечно же, знали о случившимся с их госпожой происшествии. Среди них не было одарённых, но смотрели они на неё с благоговением. Дело даже не в том, что семья Ральфа родилась и жила в Марке, впитала тамошние традиции, слышала сказания и легенды, в том числе древние, рассказывающие о говорящих с духами. Куда важнее, что Анна изменилась, в том числе — внешне.
Новая, частично духовная природа имела свои особенности. Например, она крайне чутко реагировала на пожелания хозяйки. Разум формировал нужную концепцию внешности, тонкое тело считывало её из подсознания, и отдавало приказ физической оболочке принять нужную форму. Хочется не болеть, быть полностью здоровым? Организм сам убирает накопившиеся мелкие ошибки, заставляет рассасываться лишний жир, укрепляет мышцы и сухожилия, выправляет зубы, удаляет родинки… Облик постепенно приближался к желаемому. Если бы Анна хотела стать драконом, возможно, у неё кожа покрылась бы чешуйками и отрос хвост (хотя на счет последнего целители выражали сомнения, всё же предел у изменчивости имеется), однако она, как и любая нормальная девушка, желала быть красивой. И она стала красивой. Белоснежная кожа и густые, блестящие, медового оттенка светлые волосы задерживали мужской взгляд, большие, выразительные серые глаза и изящной формы маленькие уши не позволяли его отвести. Кисти рук и стопы не уменьшились, сохранили прежний размер, но форма их изменилась, став визуально чуточку иной. Собственно, поменялись мелочи, где-то стало чуть меньше, где-то на крохотную долю миллиметра увеличился изгиб… Общее впечатление леди Стормсонг производила совершенно иное.
Грациозная. Дивная. Холодная.
В ней уже проступали черты некой отстраненности от мира, отличия от обычных людей. Какой облик она обретет, когда изменения закончится? Нет ответа.
Преображение шло медленно, постоянно контактировавшие с Анной люди его не замечали. Зато давно не видевшие госпожу слуги замерли, стоило той показаться из кареты. Так и стояли с разинутыми ртами, пока она не скрылась в доме в сопровождении многоопытного Ральфа. Тот видел в жизни всякое, оправился от шока быстро. Его не смутило даже смутно заметное сияние, окружавшее леди — на порядок окрепшее тонкое тело проявляло себя на материальном плане, добавляя девушке мистического величия.
На вилле они пробыли две ночи, покинув её ранним утром. Пока Род с Мэри отдыхали и радовали местных байками, в первую очередь о жизни в Кольце, леди проводила время за бумагами. Далеко не все сведения можно отправить почтой, кое-что управляющий приберег для личной встречи. Манипуляции с налогами на землю, например. Кроме того, Ральф переписывался с оставшимися в Придии друзьями и знакомыми, на адрес виллы приходили письма для леди Стормсонг, так что новостей она получила много.
Оказывается, Хали попытался войти в Уинби-холл. Откуда он добыл нужные знания, ингредиенты для ритуала, у кого консультировался, почему вообще решился — неизвестно. Хотя насчет последнего можно сделать предположение. Скорее всего, время поджимает. Смута в стране разрастается, набирает мощь, конца ей не видно. Что будет твориться через год, неизвестно. Вполне может статься, покровители Хали утратят влияние, или самого его убьют в одной из бесчисленных стычек, или некий залетный магистр захочет ограбить оставленный без присмотра особняк. Последнее, конечно, из области фантастики, но вдруг? Поэтому ломать защиту имеет смысл прямо сейчас, пока есть возможность. Тем более что доступ к библиотеке позволит Хали получить знания, способные усилить его в короткий срок. Тогда и врагам убить его будет сложнее, и личная ценность возрастет, посылать его на опасные задания станет нерационально.