Разговор шел за обеденным столом. Сначала Анне пришлось утолить любопытство родственников, в очередной раз поведав о явлении старшей сущности, затем тетя принялась рассказывать о событиях в Придии. Более развернуто, чем в письмах. Картина выходила страшной и конкретной, что ли, ведь безликие сотни, тысячи погибших обретали знакомые имена. Стормсонг помнила многих, о некоторых даже сожалела.
— Вильгельм Дройтон потерял руку, отсекли в бою. Говорят, собирают деньги на мастера-целителя.
— Я уже забыла про него, — честно призналась Анна. Про бывшего жениха она давно не вспоминала. — Столько забот, что горевать о прошлом просто некогда. Мне хотя бы поместье нормально отстроить, а то живу в деревянном домике, словно крестьянка какая. Но нет! Постоянно приходится на что-то отвлекаться. Сейчас, как видишь, князь вызвал.
— Когда у тебя аудиенция? — слегка подалась вперед тетя.
— Двадцать седьмого. Только мне перед ней надо с Пау поговорить. Можно отправить вашего посыльного с письмом? Род устал, не хочу его гонять.
— Конечно!
— Спасибо. Мэри! Возьми конверт у меня в белой шкатулке, и принеси в трапезную.
Торнтоны недоуменно переглянулись — служанка Анны на обеде не присутствовала, господам прислуживали только слуги баронского семейства.
— Ты с кем сейчас говорила? — осмелилась уточнить Элизабет.
— С Мэри, послала ей свой голос. Мой дар связан с воздухом, — пояснила Анна. — Воздух это, помимо прочего, вибрация, в том числе слышимый человеческим ухом звук. Поэтому я могу сказать фразу здесь, а на втором этаже мои слова услышат. Очень удобно.
— И много ты такого умеешь? — от любопытства у баронессы заблестели глаза.
— Пока не очень. Большая часть времени в Букеле ушла на то, чтобы понять, как контролировать милость, она ведь поначалу чуть ли не самостоятельно действовала. Если бы в университете не нашли старые записи с описанием похожей концепции, осваиваться пришлось бы намного дольше.
— Просто невероятно!
О том, что она таким же образом способна подслушивать чужие разговоры, Анна не сказала. Не идиоты, сами должны догадаться. Ну а если не догадаются, то ей же проще. Родню она любила, но доверяла только тёте и отсутствующему здесь дяде Эдварду, с младшим поколением Торнтонов душевная связь не сложилась. Может, потому, что люди другие, а может, из-за того, что тогда, перед казнью брата, поддержали меньше, чем могли бы.
Ответ Пау пришел на следующий день, что по меркам столицы, вернее, проживающей в ней высшей аристократии, означал серьёзную спешку. В обычной ситуации после получения весточки от человека, стоящего ниже в иерархии, следовал период ожидания, хотя бы два-три дня, и только потом отправителю возвращался отклик. Так что граф либо торопился, либо статус леди Стормсонг в его глазах возрос значительнее, чем она думала.
Аутрагел — не Букель, одаренных в нём меньше и в абсолютном выражении, и в процентном. Конечно, волшебники состояли в свитах знати, служили Серому курфюрсту на разных должностях, находились проездом в крупнейшем транспортном узле Северной Европы. Тем не менее, подавляющее большинство людей здесь чародейским зрением не владело, и опознать в Анне благословлённую духом не могло. Они просто не видели её пылающей ауры. Что, впрочем, совершенно не означает, будто горожане ничего не чувствовали. Когда девушка после обеда прошлась по улице, прохожие перед ней расступались, останавливались, смотрели ей вслед, и она была уверена, что дело не только во внешности. Инстинкты подсказывали людям, что перед ними не просто красивая дворянка, а некто иная, отличная от них на глубоком уровне, необычная и оттого опасная.
Пусть неодаренные не понимали и не могли в полной мере понять, кем являются вестники, про даруемые милостью духов возможности они слышали. Правды в тех слухах содержалось немного, но в данном конкретном случае она была неважна — для столичных жителей куда более важное значение имели социальные аспекты. Князь пригласил на личную аудиенцию? Пригласил. Маги событие между собой обсуждают, завидуют? Ещё как. В магической гильдии даже особое совещание по поводу леди состоялось, почтенные мэтры обсуждали, нельзя ли её к делу приспособить… По слухам, собираются предложить ей почетное членство и что-то ещё.
Словом, дом Торнтонов завалили приглашениями. Тетя Милдред сидела перед горой надушенных конвертов с видом человека, ошарашенного свалившимися на него перспективами. Анну желало видеть огромное число влиятельных лиц, её звали в дома, куда Торнтонам, простым баронам, попасть сложно или вовсе невозможно. Но в данном случае приглашение распространялось и на них.