Собственно, о том и спорили. Что девушка получит, какие у неё полномочия, на какую награду может рассчитывать.
Глава 4
— Пау меня обыграл, — следующим утром, за завтраком, призналась она тёте.
Не то, чтобы результат неожиданный. Мужчина мало того, что старше её в семь-восемь раз, так ещё и опыт у него колоссальный. Граф всю жизнь провел среди царедворцев, участвовал в сотнях интриг, лгал, учился определять ложь, предавал, его предавали, проводил переговоры со столь же опытными партнерами, создавал коалиции, манипулировал, искал слабые места соперников, превращал врагов в друзей… Простой дочке барона-волшебника нечего ему противопоставить. Она, конечно, тоже вращалась в высшем свете, получила кое-какую закалку, за время после бегства из Уинби многому научилась. И всё-таки их умения вести переговоры несравнимы.
— Что ты имеешь в виду?
— Он добился всего, чего хотел, и даже больше. Теперь мне придётся вступить в Аутрагельскую гильдию магов. Или удастся избежать… хмм…
Желание верховной власти привязать леди Стормсонг, включить её в действующую систему многократно усилилось после становления той вестницей. Прежде князь мог позволить Анне забиться в глушь и жить обычной жизнью — насколько уместно назвать обычными будни сильной одаренной в Черном Кольце. Теперь ситуация изменилась, девушка превратилась в непредсказуемый фактор. Потенциально она способна подняться на верхнюю ступень магической иерархии, точнее, леди уже вошла в элиту, только с нестандартного входа. Если она останется вне общества или будет слабо в него интегрирована, то контролировать её невозможно. И что тогда? Сношения с врагами династии, внутренними и внешними, организация сект с мутными целями и сомнительными методами, проведение экспериментов, далеких от любой, самой живодерской этики? Массовые оргии ей простят, в отличие от участия в государственном перевороте. И плевать, что Стормсонг не лезет в политику, потому что не лезет она в неё сейчас, а что будет лет через десять, одному всевышнему известно.
Поэтому потенциальную головную боль отправляют в место, где соберутся десятки, если не сотни, сильнейших магов. Элита одаренных Европы. Если кто-то из них заберет Анну себе — проблемный актив исчезнет. Если девушка вывернется — тоже неплохо, поумнеет, поймёт, по каким правилам играют в высшем обществе. А чтобы потом она не говорила, что князь не выполнил своих обязательств, ей предложено войти в ряд организаций, членство в которых почетно и выгодно. В принципе, они дадут реальную защиту, потому как даже магистры дважды подумают, прежде чем переть на Восточную компанию или Коллегию звездочетов.
Ну и другие наживки предлагают, довольно заманчивые. Для обычных одаренных заманчивые, не для осененной благодатью Царства.
— Насколько я понимаю, во Фризии состоять в Гильдии почетно, — с некоторым сомнением сказала тётя. — Не то, что у нас.
— Да, здесь другие обычаи, — согласилась Анна. — Одаренные служат государству… охотнее? Не совсем подходящее слово, но пусть. Обязанностей у них больше, они глубже интегрированы в систему власти, денег и влияния тоже, на первый взгляд, больше. Вот насчет второго не уверена — маги опутаны клятвами и обязательствами. Подозреваю, в правительстве выстроена система сдержек и противовесов, разбивающая одаренных по группировкам и стравливающая их между собой. Исключение — Черное Кольцо. Они стоят наособицу.
Баронесса слушала племянницу с потерянным выражением лица.
— Прости, милая, я в этом ничего не понимаю. О таком тебе надо говорить с моим мужем.
— К сожалению, он в Придии, — вздохнула Анна. — Ладно, поеду к Вандербергу. У него вроде бы есть новости для меня, и в местной кухне он разбирается. Может, совет даст.
Выйдя из комнаты, девушка услышала бормотание.
— Менер адвокат, а не повар. Причём здесь кухня?
Мысли крутились вокруг одной темы. Не ехать в Виндобону она, получается, не могла. Вступать в организации одаренных означало получить определенную безопасность, но наложить на себя обязательства. Не вступать — оказаться один на один со стаей акул, надеясь только на свой интеллект и удачливость. Какой выбор хуже?