— Ты наверняка слышал о скорой войне между Регенсбургским Союзом и рахмонитами, сбор войск назначен на весну. Мне предстоит в ней участвовать. Честно скажу — желания нет. Мне нужно восстанавливать поместье, осваивать милость, набирать воинов. Я хочу вернуться в Придию, хотя бы ненадолго. Люди, по вине которых убиты мой отец и брат, живы, и я надеюсь это исправить. Но я присягнула князю, а князь приказывает ехать в Виндобону. Туда, где соберется куча сильных волшебников.
На речь девушки маг внешне не реагировал, только на словах о мести еле заметно кивнул.
— Само по себе пребывание среди мастеров и магистров не плохо, даже хорошо. Мне ведь род возрождать. Сам понимаешь, в мужья и раньше не каждый подходил, а теперь — тем более. Из сотни сильных магов хотя бы пару подходящих кандидатов выберу. Однако возникают сомнения: что, если меня захотят к себе в род забрать? Тогда мои дети Стормсонгами не останутся, они в род отца войдут. Я, конечно, буду драться, но против мастера вряд ли выстою. Придётся бежать. Вот и хотела спросить — кто-то из ваших на войну собирается? И, если что, спрятаться у вас можно будет?
Матерый головорез задумчиво огладил бороду. В его понимании, девица высказывала здравые опасения. Она хочет возродить род, дело это достойное, заслуживающее всякого уважения, но помогать ей согласится далеко не каждый. Потому что своя рубашка ближе к телу, свой род всегда важнее, усиливать надо его. Могут её украсть? Запросто. Так ведь надо не только украсть, надо ещё и удержать.
С другой стороны, она может всерьёз усилить мореплавателей. Если старые легенды о Штормовой Песне верны, и Анна сохранила наследие.
— Эмиль Беспалый со своими нанялся, он добрый ярл. А насчет спрятаться… Говорят, Стормсонги могли бурю призвать или, наоборот, море успокоить.
— Да, — улыбнулась леди.
— И ты?
Девушка молча кивнула. В короткий жест было вложено столько уверенности, что Келен продолжать расспросы не стал, поверил. Тем не менее, предложил:
— Давай в зал спустимся, посмотрю, сколь сильна. На мастера потянешь — точно примем. Ради мастера можно и с князем рассориться.
— Я воздушница.
— А ты постарайся!
Пока спускались вниз, в подземелье, оборудованное специальной защитой, позволявшей использовать заклинания рыцарской ступени (создать зал, способный выдержать удар мастера, выходило слишком дорого) магичка размышляла, что мотивы хевдинга очевидны. Забрать её себе, женить на ком-то из потомков, Келен не сможет — остальные вожаки мореплавателей его не поймут. Оказаться одному против всех он совершенно точно не пожелает. Зато Келен имеет полное право обещать убежище наследнице древнего, уважаемого рода, известного способностями воздействовать на погоду в море. Причем сама упомянутая госпожа успела прославиться в качестве артефактора, которых везде рады видеть, да ещё и благословлена старшим духом, то есть обладает сакральной властью. Будет она ему благодарна? Конечно. Она обречена занять высокое положение в их обществе, пусть и не сразу, а союзник у неё уже есть.
Ну а если Анна по возможностям уже мастер, то помочь ей сами боги велели. Потому что мастеров мало, даже один-единственный стоит напряженности в отношениях с Фризией. Тем более — такая.
Надо думать, в тренировочный зал Союза мореплавателей допускали немногих, потому как украшения на стенах висели очень уж характерные. Щиты с рунами-символами старых богов, способные вызвать приступ бешенства у священника Спасителя, к какой бы конфессии тот ни принадлежал. Анна отреагировала на них никак. Часть её, родившаяся и росшая в Марке, привыкла к древним рунам, воспринимая их обыденностью, просто не совсем легальной. Вторая половина вовсе не понимала, зачем что-то скрывать. Это же история, прошлое, знать его необходимо. Обе части девушки, давно не видевшей различий между ними, осматривались спокойно, оценивая функционал, не обращая внимания на обрамление. Хёдвиг промолчал, только ухмыльнулся довольно.
— Удиви меня, — развел он руки в стороны, показывая, что готов. И он действительно был готов, вокруг мага полыхнул густой зеленью щит. — Покажи, что можешь.
Устраивать поединок никто не собирался. Мастера дрались либо на редких аренах, способных выдержать используемые ими заклятья, либо, намного чаще, в пустынных местах, где появление стороннего наблюдателя почти невозможно. Ну а если какой крестьянин забредет, то ему же хуже. Ещё они сходились в боях армия-на-армию, но тут уж как Всевышний решит. Словом, от Анны требовалось продемонстрировать реальную силу и способности, желательно без массовых разрушений.