Высказывать вслух опасения она, разумеется, не стала, просто рассыпавшись в благодарностях. Альбрехт саркастически усмехнулся, прекрасно видя её недоверие, но обошелся без комментариев, плавно продолжив разговор.
— В Виндобону вы поедете с верительными грамотами к августу. Таким образом, до определенной степени Карл будет обязан позаботиться о достойных вашего статуса условиях, в том числе обеспечивая безопасность.
— Благодарю за оказанную честь, сир.
— Кроме того, раз уж вы вступаете в Гильдию магов, — ехидно продолжил князь, — кажется разумным исполнить их небольшое поручение. Мэтр Эссенхук сообщит вам подробности после церемонии принятия, которая, если я не ошибаюсь, состоится послезавтра. Сегодня уточните у него, когда именно.
— Его светлость граф Пау упоминал о некой встрече с направляемыми в Австразию магами, на которой вы желали видеть меня, сир. Мастер Эссенхук будет на ней присутствовать?
— Совершенно верно, домина. Хочу представить вас командованию корпуса, затем военачальники останутся на совещание, а вы сможете побеседовать с будущими соратниками. Думаю, вам найдётся, о чём поговорить. Сейчас же я хотел бы спросить вас вот о чем: вы следите за событиями в Придии?
Резкая смена темы удивила Анну, но виду она не подала.
— Конечно, сир. Всё-таки Придия — моя родина.
— Не желаете присоединиться к армии Конвента?
Иногда мыслишки схожей направленности у леди Стормсонг пробегали, но она их быстро давила. Враг моего врага вовсе не всегда мой друг, среди противников королевской власти хватало тех, кто способствовал казни её семьи.
— Ничуть, сир. С моей точки зрения, между группировками, дерущимися сейчас за власть в стране, особой разницы нет.
— Мудрое рассуждение, — признал венценосец. — Несчастлив дом, расколовшийся в себе, особенно если нет в нём истинно правого. Безусловно, подданный, бунтующий против законного государя, совершает преступление против законов как земных, так и небесных. Но и государь, пренебрегающий своими обязанностями, утрачивает божественное право на престол. Посему нет ничего недостойного в том, чтобы попробовать занять освободившееся место. Не кому попало, разумеется, но тому, чья кровь благородна и уже освящена милостью Спасителя.
— Вы говорите о ком-то конкретном, сир? — аккуратно спросила Анна.
— Мой племянник Вильгельм — человек многих талантов. Пусть ему не суждено править Фризией, но, возможно, всевышний уготовил для него не менее блистательную судьбу.
Леди испытала острую досаду от того, что в комнате невозможно колдовать, «ледяной взор» сейчас очень пригодился бы. И консиенцией она владеет недостаточно хорошо, чтобы экстренно разогнать сознание и оценить прозвучавшее только что откровение. Почему вообще с ней эту тему обсуждают? Нет у неё политического веса, достаточного для проталкивания ещё одного кандидата на придийский престол.
Кто такой Вильгельм? Внучатый племянник Альбрехта и его любимец, губернатор Сууты, второго по значимости города государства и одноименной провинции. Возраст около шестидесяти лет, что по меркам высшей аристократии совсем немного. Среди военных не особо популярен, хотя участвовал в столкновениях с гетландским флотом и даже как-то себя проявил. Считается очень хорошим администратором. Вообще, дом Эвен часто порождал правителей с талантами дипломата и хозяйственника, за счет чего и возвысился.
Значит, Альбрехт хочет сделать его придийским королем…
Чисто технически препятствие одно — Генрих Девятый, пока ещё живой и короны не лишенный. Если его убьют, трон унаследует его сын Чарльз, но до тех пор, пока тот не прошел церемонию венчания на царство, права наследника оспоримы. В том случае, если Генрих останется жив, и всего лишь изгнан, то существует ряд законов, позволяющих отрешить его от венца. Законодательство древнее и старой церковью признаваемое частично, но в том-то вся прелесть, что реформистская церковь, ныне официально главнейшая в Придии, провозглашает примат воли земли (чьим выразителем в общем случае является монарх, но также оным может выступать вече или парламент) над волей наместника Святителя. Ирония ситуации — предки Генриха легализовали инструмент, ныне позволяющий его свергнуть.
Короче говоря, Генриха надо убрать. Задача сложная, но для кого-то вроде Серого курфюрста вполне решаемая. Тогда на освободившийся престол сразу нацелится куча претендентов — вернее, они уже нацелены, просто громко о том не объявляют, всего лишь потихоньку вербуют сторонников. Наиболее крепкие позиции среди желающих занять теплое место у представителя побочной ветви династии Фиханов, принца Альфретон Джулиана, и у нынешнего главы Берзанского дома Иакова. Шансы остальных значительно ниже.