В том, что прорываться к Арабонну конийцы планируют именно здесь, на занятом корпусом Бюкуа поле, никто не сомневался. Логистика диктовала условия, в регионе просто не существовало других путей, удобных для передвижения армии. Конечно, маги могли бы проторить путь, но сколько сил уйдёт, сколько времени займёт их труд? Вдобавок дорогу требуется защищать, обслуживать, обязательно нужны оборудованные стоянки… Словом, идти по давно знакомому маршруту намного проще, пусть на нём и стоит вражеский заслон. Так ведь для того и пришли, чтобы подраться, верно?
На месте повелевающего авангардом паши, Анна предпочла бы подождать подхода основных сил, но тот думал иначе.
— У него несколько причин для спешки, — раскладывал по полочкам ситуацию Антуан де Калленель, навестивший леди во второй половине дня и приглашенный на обед. — Каждый день промедления позволяет нам лучше укрепить Арабонн. Состояние крепости близко к идеальному, её регулярно ремонтируют и перестраивают, однако всегда есть, что улучшить. Самое малое — припасов подвезти.
— Или дождаться подкреплений, — добавил Скоу. — Войска не всех вассалов августа достигли Австразии, некоторые ещё в пути. К тому же, воинов посылают не только земли, входящие в Союз — я точно знаю, что в Арверне наняли два свежих полка, они тоже идут сюда.
Обедали узким кругом, за столом собралось всего человек двадцать. Де Эренс предоставил свой походный шатер и повара, ухаживала за гостями его любовница, периодически посматривавшая на Анну с подозрением. Если бы не ощущение присутствия тысяч разумных поблизости, можно подумать, они выехали на охоту и сели перекусить.
— Кроме того, у паши есть личный мотив, — продолжал Калленель. — Ему нужна победа, чтобы возвысится в глазах султана. Мы выглядим подходящей целью. Нас всего десять тысяч, а наши укрепления не защищены сильными ритуалами.
— Тем не менее, укрепления построены, — возразила Анна. — Вдобавок у него нет артиллерии, и вряд ли много магов.
— Это абсолютно неважно. Ему незачем побеждать, главное, провести бой, не понести слишком большие потери и составить правильный рапорт.
— Что вы имеете в виду?
— Мы в любом случае отступим, — пояснил с улыбкой прислушивавшийся к разговору Эренс. — В нашу задачу не входит попытка противостоять всей армии султана, всего лишь слегка придержать передовые отряды. Поэтому мы разобьём авангард, соберем раненых и уйдём. Поле боя, таким образом, останется за рахмонитами, и паша объявит о победе.
Калленель согласно кивнул и добавил:
— Султан, конечно, всё поймёт, но раскрывать ложь подчиненного не захочет. Смысла нет. Ведь путь на Арабонн открыт, боевой дух солдат повысился, неудачи первых дней похода забыты. Зачем что-то менять?
Глава 13
Войскам султаната потребовалось два дня на подготовку к сражению. Сначала они остановились на приличном расстоянии, подождали отставших, подтянули обозы, разослали во все стороны свежие конные сотни на разведку. Заодно отправили посольство к неверным, предложив им сдаться в обмен на милосердие Повелителя Всех Земель. Маршал Бюкуа, само собой, пообещал убить любого, вторгшегося во владения его императорского величества.
Когда с дипломатией закончили, заговорило оружие. Паша, не будучи полным идиотом, после того, как подвел полки поближе к укреплениям союзников, дал своим людям несколько часов на отдых, одновременно отправив в рейд по тылам несколько тысяч легкой конницы. Организовать ловушку парочке отрядов было не сложно, потому что помешать наблюдать за полем боя конийские волшебники не смогли. Рахмониты, как и ожидалось, перекрыли привычные способы магической разведки, однако изобретение Анны не обнаружили. Вдобавок за прошедшее время назначенные наблюдателями офицеры поняли, на какие признаки следует обращать внимание, чтобы заметить передвижение людей, поэтому врага находили достаточно уверенно. Другое дело, что противник имел значительный перевес в легких силах, готовых сбежать при первой же угрозе, поэтому пришлось выбирать, на кого устраивать засаду, а кого игнорировать.
— Армии вассалов султана больше напоминают бандитские шайки, — сообщил один из помогавших Анне офицеров, лейтенант Прохенберг. — В мирное время они доставляют едва ли не больше беспокойства, чем сейчас, во время войны.