Анна даже не столько увидела беглецов, сколько ощутила перемещение сильных одаренных, появившихся из-под скрывающих пологов. И немедленно сообщила:
— Магистр, три человека с сильным даром пытаются сбежать. Их сопровождает два десятка одаренных послабее. Движутся по дороге на запад.
— Чтоб их Рогатый в жопу отымел! — в азарте погони магистр не сдерживался. — Не уйдут!
Похоже, уничтожить магов он хотел сильнее, чем прибить командующего. С рациональной точки зрения, намерение правильное, ведь пашей у султана много, в отличие от сильных волшебников. Хотя соображения чести выстраивали другие приоритеты, и большинство дворян им поддались бы.
Похоже, Обердорф простимулировал подчиненных, потому что конники прибавили хода. Поле, на котором происходило сражение, прежде походило на лоскутное одеяло — кусочек дерна с высокой травой, рядом относительно утоптанная глинистая площадка, дальше местные крестьяне хлеб посеяли, тут канава с пересыхающим ручейком. Затем по нему несколько раз промчались тысячи лошадей, сначала в атаку, потом отступая, и снова на штурм. В результате к тому моменту, когда союзники начали наступление, земля во многих местах напоминала месиво. Скакать по ней было невозможно, во всяком случае, длинную дистанцию. Кирасиры и рейтары двигались мерным шагом, рассредоточившись и выслав вперед гусар. Однако магистр без всякой магии ускорил ход полков, доходчиво объяснив, что он сделает с командованием и их мужскими достоинствами, если колдуны сбегут.
Во вражескую ставку центральная колонна ворвалась, словно стая лис в курятник. Выставленный заслон из неплохих воинов, последний резерв паши, просто смели, после чего началась резня. Командование конийцев не рассчитывало остановить наступление союзников, оно надеялось выиграть время для бегства, но разница в силах оказалась слишком велика. Обердорф проломил магическую защиту, мастера уничтожили остатки сопротивления и прошлись заклятьями по строю, простые люди зачистили остатки. За пару минут полк кавалерии перестал существовать, открыв дорогу к лагерю.
Затем колонна остановилась. Всадники растекались в стороны, добивая сопротивляющихся, грабя, собирая пленных, но не рискуя подниматься на вершину холма, туда, где находился центр ставки. Там, где схватились три десятка старших магов, обычным людям делать нечего. Несколько волшебников рахмонитов то ли не успели сбежать, то ли рассудили, что всё равно не получится и честнее продать жизнь подороже. Во всяком случае, они остались в лагере и сейчас отчаянно сопротивлялись. Шансов у них не было никаких, магистр с подручными давили их одного за другим, однако следует признать — на том свете предкам они взглянут в глаза без стыда. Смерть вражеские колдуны приняли достойно.
Сама схватка продолжалась недолго, разница в силах оказалась слишком велика, а вот последствия… Верхушка холма превратилась в затянутую черным дымом оплавленную воронку, к чьим краям было невозможно приблизиться без магической защиты. Лошади тревожно ржали, отказывались повиноваться командам, стремились сбежать из опасного места. Обычное зрение не позволяло рассмотреть, что творится внутри, оно и к лучшему — магов, видевших куда больше, зрелище замороженного пламени или застывшего в прозрачном пузыре человеческого тела, одновременно старика и ребенка, откровенно пугало. Незачем простецам на такое смотреть.
Пока магистр сотоварищи добивал остатки чародеев и организовывал погоню, тем самым постепенно уходя из радиуса наблюдения Анны, на других участках фронта происходили не менее интересные события. Впрочем, фронт к тому времени рухнул, правильнее говорить о бегущей толпе. Конийцев можно понять — приказов нет, отдавать их некому, свежие полки союзников наступают, потери огромны, от усталости руки не шевелятся и кружится голова. О победе никто не задумывается, мысли только о том, как бы выжить. Войско разделено на две части, которой приходится тяжелее, непонятно. На правом фланге пехота союзников успешно давит любое сопротивление, мерно и неотвратимо продвигаясь вперед. На левом недобитые осколки воинов духа и химерологов послужили центрами кристаллизации для простых рахмонитов, наступление шло тяжелее. С другой стороны, там же находились переброшенные ранее резервы из кирасир и чашников, специально высматривающие организованные группы и быстро их уничтожающие. По большому счету, бой закончился, началось преследование с избиением бегущих.