— Андреас не пойдёт, — покивав, сообщил Род. — Ему воинский удел нравится. Да и характер для штатской жизни неподходящий, любит он, когда всё по ранжиру. А в секретари надо брать кого-то вроде того парня из Букеля, Ламсдорфа.
Фамилия сокурсника прозвучала неожиданно, Анна не ожидала услышать её от Рода. Впрочем, Хингем часто вращался в студенческой среде и был знаком со многими сокурсниками леди.
— Ламсдорф слишком хороший артефактор, чтобы сажать его перебирать бумаги.
— Зато у него денег нет, за обучение платить нечем, — возразил Родерик. — И я слышал, как он говорил, что хотел бы у вас учиться.
— Так и сказал? — изумилась Стормсонг.
— Типа того. Сказал, многое бы отдал, если бы вы согласились передать часть своих знаний, или как-то так.
Информацию следовало обдумать. Прежде Анна не рассматривала студентов в качестве потенциальных вассалов, выискивая в первую очередь боевиков, но ведь ей и обладатели мирных навыков нужны.
Говоря об осаде, стоит упомянуть, что проходила она нетипично. Тот же Эренс, к своим сорока годам немало повоевавший, ходил шокированным. По его словам, он совершенно не ожидал нынешнего уровня комфорта. У осажденных имелась свежая еда, в том числе мясо, они не страдали от болезней, имели в достатке пороха и пуль. Колоссальные подвалы Арабонна были забиты под завязку припасами, но, даже оставайся они пустыми, голод, эпидемии и прочие неизбежные спутники блокады крепости не грозили. Потому, что в ней собрались маги.
Много сильных, обученных магов.
Еду, от травок до выращенных в чанах образцов живой плоти, поставляли биоманты. В основном состоявшие в ордене Чаши, но не только. Опасавшиеся отравлений волшебники зачастую предпочитали возить припасы с собой в сундуках с пространственным расширением, а то, что хранить долго нельзя, растили в подвалах. Любой мастер хоть немного, но владел биомантией, или вводил специалиста в состав свиты. Учитывая общее число таковых в Арабонне, проблем с пищей в обозримом будущем не предвиделось, более того — крепость могла бы деликатесами торговать!
Никто из жителей не умер и даже не заболел всерьёз. До тех пор, пока магическая защита цела, и проклятья рахмонитов бесполезно разбиваются о щиты, эпидемии невозможны. Простые бактерии и вирусы бессильны перед мастерством целителей.
Сложнее обстоят дела с металлом, порохом, сложными химическими соединениями. Трансмутация сложна, редко кто разбирается в ней выше начального уровня. К счастью, магистр Торриано, несмотря на отвратительный характер, избранной областью владел великолепно, поэтому запас простых веществ имелся всегда. А раз есть уголь, сера и селитра, то смешать их в правильных пропорциях и получить порох — задача для простецов. Звучит парадоксально, но в дефиците из трёх составляющих чаще всего оказывался уголь. Площадей, подходящих для выращивания больших деревьев и последующего их сжигания, не так уж и много, и они обычно были чем-то заняты.
И совсем плохо обстояли дела с алхимическими ингредиентами. В крепости имелся алтарь и несколько вспомогательных накопителей, поэтому кое-что удавалось выращивать, однако своё производство не покрывало и десятой доли необходимого. Получить разницу было неоткуда. А ведь ингредиенты много для чего требовались, у боевых химер — не только драконов — они входили в обязательный рацион, да и при лечении проклятий их применяли.
За этим единственным исключением, жилось в Арабонне, сравнивая с другими осадами, на удивление хорошо. По военным меркам — настоящий курорт. Неудивительно, что интриги цвели пышным цветом.
— Вы слышали об аресте господина Далле?
Прежде, чем ответить де Калленелю — не называть его вслух Антуаном! — леди постаралась убрать из голоса мурлыкающие нотки.
— Нет, впервые слышу.
— Неудивительно. Мне сообщили, его поместили в камеру всего час назад.
Бромиец присел в соседнее кресло. В отделе наступило время очередного перерыва на отдых, Анна с офицерами наслаждались чаем с закусками и ничуть не возражали против гостей. Особенно тех, кто приносил им последние новости.
— Раз вы говорите об аресте, то он санкционирован кронпринцем, — заметил Зайс. — Значит, доказательства неопровержимы. И в чём Далле обвиняют?
— В сношении с конийцами. Он передавал им сведения через особую тетрадь, о которой совершенно случайно узнал граф де Ла Антель.
— Какой везучий граф!
В сношении с нечестивыми не было ничего удивительного, так делали все. Большинство неофициально, хотя прошлый король Бромме, когда договаривался о союзе против Тарраконии, открыто послал дипломатов к султану. Правда, короля потом отравили, а его наследник столь опрометчивых поступков не совершал, но ведь было же. Приграничные государства часто отправляли послов договариваться о взаимном запрете набегов или выкупать пленников, купцы возили товары, правители засылали друг к другу шпионов или вербовали на месте. Довольно часто слуги Спасителя, поддавшись сладким посулам, отрекались от истинной веры и вышивали на одежде черно-белую вязь имени Рахмона. Среди пиратских капитанов Черного берега почти четверть при рождении получала европейские имена и в детстве ходила в церковь.