Перед самой Пасхой пришли приказы на награждение по нашим делам с "Ниссином" и рейдом на Цусиму. Всем матросам и казакам по знаку ордена Святого Георгия, мне орден Владимира второй степени с мечами и Белого Орла с мечами. Офицерам Владимира четвёртой степени с мечами. Высочайшим указом назначен призовой суд по "Ниссину" для принятия его в состав флота…
И вот на Пасху грохнуло! Нет, не грохнуло, а ГРОМЫХНУЛО так, что все вздрогнули. Сначала правда всё началось моей радостью, я услышала Николая! Чуть-чуть, буквально на грани восприятия, но точно услышала, когда уже почти отчаялась добиться результата. И вот в таком радостном настроении мы пошли на пасхальную службу с куличами и яйцами. Наутро, когда я чуть упрочила связь с Николаем и с Машенькой, Клементиной и сверкающим новеньким Георгием Адрияном мы уселись за праздничный стол, прибежал казак, который рассказал, что пришла телеграмма, что в столице во время пасхальной службы произошло покушение на Государя-Императора Николая Второго. Вал сообщений сначала сумбурный и даже панический понемногу стабилизировался, и стало известно, что в соборе была заложена бомба. От взрыва пострадало много народа, погибло больше тридцати человек, ещё больше десяти находятся в очень тяжёлом состоянии. Николай Второй получил тяжёлое ранение и контузию, но его жизни ничего не угрожает, он уже пришёл в себя, погибла великая княжна Мария Николаевна, а великая княжна Татьяна Николаевна очень тяжело ранена и контужена. Погибли министр Двора, генерал-адмирал Великий князь Алексей Александрович, министр финансов Коковцев, пять офицеров Гвардии, кроме Великой Княжны ещё трое детей. Императрицы Александры Фёдоровны в Казанском соборе не было, но когда узнала о случившемся впала в бессознательное состояние. На следующий день стало известно, что Великая Княжна Татьяна тоже умерла, а Николай Второй подписал отречение в пользу брата Георгия. В стране объявлен недельный траур. Это событие потрясло всех, корабли стоят с приспущенными флагами, люди на улицах подавленные.
В память о невинноубиенных броненосный крейсер "Ниссин" получил имя "Великая Княжна Мария Николаевна", и переименован готовящийся к принятию в строй бронепалубный крейсер "Олег", который стал "Великой Княжной Татьяной Николаевной", в просторечии, на флоте появились крейсера "Мария" и "Татьяна".
Глава 45
Но у нас здесь продолжалась война. На суше обе стороны накапливали силы для решительного сражения на реке Ялу. Мне удалось почти вытащить Николая, только теперь мы словно поменялись местами, теперь он в своём теле оказался на положении, которое было у меня. Но если я имела ментальный щуп и навык работы с магическими энергиями, то у него такого не было и, по сути, мы могли общаться, я могла транслировать то, что говорил и думал он, а вот передать ему тело под управление даже частично никак не получалось. Соответственно и мои магические возможности оказались купированными. Тянуть дальше с обещанной Степану Осиповичу демонстрацией было нельзя, и я пригласила Макарова на борт, ещё попросила Михаила Коронатовича, на его "Смелом" выйти с нами. Я объяснила, что то, чему Бахирев и Макаров будут свидетелями лучше сохранить в секрете. Мы вышли с рейда и свернули в безлюдную Голубиную бухту, и с расстояния в три кабельтова Бахирев сам встал к пушке, после чего, как мы договорились, произвёл три выстрела, прицеливаясь в рубку "Новика", а я эти снаряды увела за корму и вверх, и они вспенили воду далеко позади. После чего Макаров перешёл на миноносец и сам ещё дважды выстрелил в нас с тем же результатом. Произвели пуск с шести кабельтовых по берегу, а Макаров засёк время и убедился, что торпеда прошла это расстояние со скоростью больше сорока узлов, да и взрыв явно был мощнее. И пошли в порт прямо через минное поле, мины стояли достаточно плотно, но я чувствовала каждую, а "Новик" словно помогал нам от них уклоняться, ведь он чувствовал спящую в них смерть. С "Лейтенантом Бураковым" гонки устраивать не стали, на обратном пути вокруг Квантуна мы дали полный ход и Степан Осипович убедился, что я не врала и не шутила. Он с усмешкой сказал, что японцы хорошо знают, что "Новик" быстрый, но они не подозревают насколько. После этой наглядной демонстрации разговор приобрёл совершенно другие интонации. И чтобы не упираться в чудо, по совету Николая я стала спрашивать про предложения Николая по совершенствованию мин. Мысль оказалась удачной, ведь Макаров сам был новатором минной войны, а предложенные усовершенствования мин его просто покорили и очаровали.