Чувства Латина были написаны у него на лице, не замечала этого только Овета. Раднир видел, но только посмеивался, стараясь все же лишний раз пресечь их общение, и не упускал случая сказать влюбленному юноше какую-нибудь колкость или осмеять его песни. Хотя ему они тоже явно нравились, как нравились и его матросам.
Они еще некоторое время сидели на вершине, обозревая окрестности, слушая ставшую обычной ленивую перебранку Раднира и Латина, а затем вернулись в лагерь. Настало время выступать.
Глава 34
Штурм дворца
Весть о том, что настоящая королева возвращается, разнеслась по королевству как ветер.
Ещё совсем недавно, на исходе лета жители королевства бурно приветствовали Тайлис, вернувшуюся в страну с войсками Сегота. Но действия правительницы, ее союз с ситарским войском, продолжающим разорять страну, породили слухи, постепенно перешедшие в недовольство, а затем и в откровенное противостояние — королева, которая поддерживала наводимые сеготцами порядки, не могла быть настоящей. Не прошли даром действия принца Интара в Албоне и обещанная помощь Матаса. Все больше людей убеждалось, что королева — самозванка.
Поднятый в Нарте королевский стяг пришелся как нельзя кстати. К тому времени как в Кордию пришла весть о том, что в страну возвращается подлинная королева с поддержкой освободительных войск Арилазы, Тогота и Илонии, население королевства уже было готово выступить против ставленницы Сегота. Под знамя истинной Тайлис стекалось все больше и больше народу.
Девушка уже вполне оценила слова Матаса. Ей было не до военных советов с Дегортом. Теперь она шла в бой с одной целью — воодушевить, вдохновить своих людей, войско. Возглавляя отряд лучников, она делала первый выстрел в сторону врага и на этом её участие в битве заканчивалось. В бой вступали другие, а она со своими телохранительницами покидала поле битвы.
У Тайлис хватало и других дел. Она выступала перед населением освобожденных деревень, принимала делегации глав городов и селений, встречалась с пострадавшими в войне, с разоренными торговцами. Она занималась именно теми королевскими делами, о которых и предупреждал ее король соседнего государства.
Чем ближе к столице, тем больше в ее окружении стали появляться вельможи и придворные, приближенные регента Миндела, родственники членов Королевского Совета, и даже убеленные сединой соратники отца. Склоняясь перед вернувшейся королевой, на нее между тем обрушился шквал советов и даже требований назначить нового регента. Но ни делиться властью, ни становиться марионеткой она не желала. И лишь прислушивалась к внуку илонийского короля.
Не желая давать повод окружающим решить, что королева поддалась влиянию Илонии, Иллар старался держаться в тени, рядом с неизменными Матрией и Карташем. Но опять же именно по совету юноши, Тайлис выбрала себе в советники безобидного на её взгляд старого советника своего отца. Если кто и был недоволен единоличным правлением юной королевы, придраться было не к чему, королева прислушивалась к мудрости старшего поколения. На самом же деле, она всё решала сама.
Тайлис сильно изменилась с Нарты. Потухшая девушка с башни, с дорожками от слез на лице — давно исчезла. Горская одежда, в которой она пришла в Кордию сменилась на добротный мужской костюм с цветами и гербами Кордии. Но мужские платья, позволяющие ей ехать верхом на отличных илонийских лошадях, подаренных королевой Алаиной, менялись, если этого требовала обстановка, на королевские наряды, которыми щедро снабдили девушку Талина и Лайна.
Сейчас это была уверенная в себе королева, но не терпящая ни малейшего покушения на свою власть. Чуть было не потерявшая всё, теперь она держалась за своё право властвовать изо всех сил. И чем ближе была победа, тем сильнее это чувствовали окружающие.
Зарядил мелкий осенний дождик, когда огромная армия теперь уже Тайлис, а не Дегорта подошла к Корде, окружая город со всех сторон.
Девушка не зря всё последнее время посвятила поискам уцелевших приближённых к королевскому трону. Теперь за ней стояла немалая сила, имевшая в столице своих людей. Они и посланные самой Тайлис доверенные лица сделали своё дело. Как ни препятствовала самозванка распространению слухов о возвращении королевы, к приходу войска город уже знал всё. И столица не собиралась сражаться со своей собственной правительницей. Просочившиеся в город сторонники Тайлис легко подняли против наводнивших город сеготских войск восстание.
Тайлис вошла в свою столицу под приветственные крики жителей, население распахнуло ворота перед истинной королевой.
Несмотря на дождь, город ликовал.
Но дворец всё ещё оставался оплотом сопротивления и убежищем самозванки. Войска Тайлис и Дегорта немедленно взяли его в кольцо, арилазцы вылавливали не успевших скрыться во дворце сеготцев, а горожане им активно помогали.
Ситарские корабли благоразумно отошли от пирсов, забрав немногочисленные команды на борт. Войско Хайдира и наемники остались патрулировать подступы к Корде, планомерно уничтожая оставшиеся очаги сопротивления. Войско Раднира вышло к морю, где их ждало семь кораблей, заранее оповещенных и приготовивших взять на борт сына их бывшего короля и свои команды, возвратившиеся из военного похода.
Что происходит в гавани, никто пока не знал. Но на всякий случай готовились к отпору.
Последний военный Совет прошел ранним утром в доме погибшего Регента. Заняв столицу, сама Тайлис, Интар с сестрой и Дегорт поселились именно там.
— Благодарю вас, командующий Дегорт, — тон королевы был категоричен. — Но штурмом командовать буду я.
— И у вас есть план, ваше величество?
Дегорту было гораздо легче, когда рядом был Хайдир. Перед двумя, намного её старшими военачальниками, Тайлис, бывало, и сдерживалась, уступая их опыту и знаниям. Но вся нелепость этого военного Совета состояла в том, что из пятерых человек на Совете, двое — были молоденькими девушками, годившимися Дегорту во внучки.
Овета также присутствовала почти на всех военных Советах, принимала как должное почтение и признание, но, как и брат, больше помалкивала, лишь помогая своим видом или словом смягчить язвительность Раднира. Она подружилась с королевой Тайлис, проводя с ней немало времени и та даже научила её пользоваться арбалетом. Но о том, чтобы, как и королева, идти в бой, не было даже и мысли. А сейчас она и не пыталась скрыть волнения за молодого капитана и её взгляд нет-нет, да устремлялся в сторону моря.
Спорить с королевой в её столице у Дегорта не было ни желания, ни возможности.
Она и так уступила его требованию не допускать на этот Совет её вельмож и придворных, оставив лишь старого советника. Она прислушалась к доводу, что лояльность её подданных еще не доказана и среди них может оказаться предатель.
— Снаружи нам придется осаждать дворец долго. У нас нет времени. Необходимо как можно скорей выбить эту мерзавку из моего дворца. Я собираюсь проникнуть во дворец через потайные ходы.
— Какие размеры ходов, ваше величество, насколько большой отряд можно отправить, это будут только ваши люди, или возьмете с собой моих солдат, какой будет ваша цель в первую очередь?
— Я пойду сама с моими людьми. Вы будете ожидать нас снаружи.
Дегорт незаметно вздохнул.
— И как, позвольте спросить, вы будете руководить в этом случае штурмом? — в его словах не было ни намека на улыбку, но осуждение излишней горячностью и властностью королевы было налицо.
Тайлис прекрасно все поняла и вспыхнула от гнева и обиды.
— Думаю, — вступил в разговор Иллар, не давая Тайлис произнести резких слов, — пора мне выполнять обещание, данное королеве, — он улыбнулся, вспоминая, как еще там в Нарте, Тайлис просила его помочь вернуть трон, и каким невероятно недостижимым тогда это казалось. — Если её величество возьмет мой отряд, то, проникнув во дворец, она займется самозваной королевой, а мы захватим двери и обеспечим соединение с вашими силами, командующий.