— Получается...
— Именно. «У вас в доме завёлся предатель», — произнёс Лео, и все присутствующие, не сговариваясь, повернулись к служанкам. Та, что была постарше, рухнула на колени и разразилась рыданиями, моля о пощаде. Сквозь слёзы и мольбы она начала рассказывать, что её близких похитили и, угрожая им смертью, заставили подложить камни в кровать господина.
После того как причина была установлена, Карло перенесли в соседнюю комнату, а Леонард дал ему «патентия». Мужчину заботливо укрыли, с ним осталась его дочь, а мы вышли и направились к нашим товарищам. Однако меня не покидало тревожное предчувствие, что мы опоздали. И, разумеется, мои опасения подтвердились. Эти прожорливые создания успели всё съесть. Пришлось довольствоваться остывшей похлёбкой, которая уже утратила свой первоначальный аромат и вкус. Никто меня не любит!
***
Рассвет следующего дня озарил поместье бодрящим светом. Карло, к всеобщей радости, самостоятельно спустился к завтраку. Его внешний вид оставлял желать лучшего, тем не менее по сравнению с предыдущим днём он выглядел значительно лучше: мог улыбаться и передвигаться без посторонней помощи. Лера следовала за ним тенью, но её сияющее от счастья лицо развеяло последние сомнения — с отцом всё действительно налаживалось. Угнетающая атмосфера за столом мгновенно рассеялась, а когда мужчина с аппетитом принялся за еду, остальные последовали его примеру с удвоенной энергией.
После завершения трапезы, когда хозяин, откинувшись на стуле с отваром в руке, издал удовлетворённый звук, атмосфера за столом приобрела по-настоящему семейный характер.
— Вот как так? — задумчиво протянул граф. — Почему жизнь столь несправедлива? Почему ты, друг мой, выглядишь ещё прекраснее и моложе, чем в нашу первую встречу? Нет, эта жизнь воистину несправедлива.
— Отчего же? — возразил Леонард, приподняв левую бровь. — Помнится, лет так пять назад я направил тебе послание, где по старой дружбе предлагал приобрести эликсир омоложения. Ты сам отказался, так что не стоит пенять на меня.
— Отказался? Да ты... Да ты такую сумму заломил, что после можно было бы смело отправлять детей на паперть просить милостыню! Ибо денег у нас не осталось бы от слова совсем.
— Ой, только не стоит прибедняться, — отмахнулся Лео вилкой с насаженной на неё сарделькой. — Достаточно лишь спуститься в твою вторую сокровищницу...
— Тс-с-с, что ты несёшь, старый! — шикнул граф. — Совсем разум на старости ли потерял?
— Пап? А что за вторая сокровищница? – нестройным хором поинтересовались отпрыски.
— Ну спасибо, дружище. Как всегда, приехал, всё разрушил, секреты раскрыл, а мне отдуваться.
— Вы, детишки, кушайте и не обращайте на дедушку Лео внимания. Это он так шутит, — естественно, ни один, ни вторая ему не поверили.
— Позволь напомнить, я ещё и жизнь тебе спас, — прожевав и взяв стакан, старейшина усмехнулся. Хотя, если быть до конца честным, это сделал Артур. Благодаря ему ты сейчас сидишь здесь и обвиняешь ни в чём не повинного старика, а не лежишь безвольным телом, пускающий слюни в постели.
От этих слов Карло передёрнуло.
— Об этом мы ещё поговорим. И о моей благодарности за это. Кстати, — встрепенулся граф, — а ведь я тебя знаю. Ты тот самый юноша, что одолел Эдварда в поединке. Только ты тогда был раза в полтора меньше, — с лёгким сомнением в голосе произнёс Анчелоти.
— Было дело, — не стал я отрицать очевидного, вспоминая, как он стоял среди свиты короля, наблюдая за поединком.
— И у тебя был роман с принцессой Викторией Свен, не так ли?
Лео, сидевший рядом, незаметно пнул графа ногой под столом — мол, не стоит затрагивать эту тему.
— Ничего страшного, старейшина, я могу ответить.
— Да, граф, она была моей возлюбленной.
— Почему была? Расстались? Жаль. Вы так прекрасно смотрелись вместе.
— Нет, мы не расстались. Её отравили.
— Кто осмелился убить сие милое дитя? Чуть ли не проревел он, отставляя стакан с недопитым отваром. — Кто настолько безрассуден?
— Члены ордена «Новый Свет». В отместку за то, что я помешал их планам в Японии.
— И снова они. Проклятье. Кстати, из-за них мы и разругались с Карни. Он пытался переманить меня на их сторону. Хотят свергнуть власть короля или заставить его служить им.
— Представляешь, друг, чтобы Эдвард Свен кому-то служил? Немыслимо! – граф с чувством ударил кулаком по столу.
— Так ладно, приступим к детальному обсуждению в более уединённом месте, — произнёс Карло, поправляя манжеты своего камзола. Сидевшего на нём весьма свободно.
— Марсель, к закату жду подробный отчёт о состоянии дел в замке. Валерия, тебя это тоже касается. Завтра лично всё проверю.
— Анжела, принеси в мой кабинет изысканных закусок и травяного отвара для гостей, а мне ещё порцию яичницы. Да и колбасок положи побольше, — служанка в мгновение ока умчалась исполнять приказ.
— Разговор предстоит продолжительный, а мне надо возвращаться в форму. Вы, друзья, — обратился он к нашим товарищам, — можете пока посетить баньку, она у меня потрясающая. Лео не даст соврать. Также могу предложить пару бочонков превосходного эля, а если этого окажется недостаточно, в окрестных лесах отличная охота на вепря.
Все разошлись по делам. По Марселю было видно, как он хочет к нам присоединиться, но нарушить приказ отца он не осмелился.
Продолжить беседу нам не позволили. Как только мы уединились в кабинете, не вошёл — ворвался, подобно вихрю, мажордом.
— Господин, к замку прибыл виконт Карнелиус Борадже. С ним вооружённый конный отряд в сорок человек. Требует открыть ворота, иначе угрожает взять замок в осаду.
— На ловца и зверь бежит, — алхимик осклабился, демонстрируя белоснежные зубы.
— Арти, разберись с незваными гостями, а мы отсюда с удовольствием понаблюдаем за представлением. Похоже, здесь, на большой земле, начали забывать, кто мы такие. Пора напомнить миру о себе. Да и полезно это будет.
Я молча поднялся и направился к выходу. По пути к воротам встретил наших, которые вместо банных процедур предпочли провести тренировку с местной стражей. По свежим синякам на лицах было видно, что последние потерпели поражение. К счастью, среди побеждённых не наблюдалось ни недовольства, ни злобы — добрый знак.
Со мной шёл Роберт, наш мажордом. Он подтвердил мои распоряжения об открытии ворот и опускании моста.
— Ты куда направляешься? — спросил Фоули, освежаясь водой из бочки.
— Лео попросил преподать урок посланникам «Нового света» и напомнить, кто такие «Искатели истины».
— Эй, народ, почему веселье всегда предназначено только для нашего Артура? — возмутился Стюр, и Эйнар тут же его поддержал.
— Хотите — присоединяйтесь. Только виконт мой — у меня к нему есть парочка вопросов. Остальных можете забрать себе. Их там около сорока человек, говорят.
— Вот это другой разговор, — Стюр схватил меч, накинул стёганную куртку с нашитыми на неё железными бляшками и легко перемахнул через ограду, присоединяясь ко мне. Разумеется, остальные последовали его примеру. Они неслись с такой стремительностью и воодушевлением, что стоявшие рядом стражники провожали нас изумлёнными взглядами.
Когда врата открылись, а мост был опущен, мы не спеша прошли по нему. Когда оказались на той стороне, мост за нами был поднят.
— Кто такие?
Я притворно оглядел нас и, пожав плечами, произнёс:
— Не видишь, что ли? Обычные люди, две ноги, две руки.
— Не морочь мне голову. Где Марсель?
— А при чём тут парнишка? Нас вроде как Карло послал встретить «гостей».
Вот тут он немного подвис. Похоже, полагал, что тот давно помер и теперь пришёл установить свои порядки. А тут такая нестыковочка.
— Карло говоришь, — с прищуром проговорил он. — Зови, коль не шутишь.