- Значит, так тому и быть! - согласился с поражением Фокс.
- Как взрывать будем? - уточнил Прагин.
- Сначала заберём отсюда всё важно, а потом подорвём станцию. Попрошу Странника пальнуть по ней из чего-нибудь тяжелого. У него и его команды это неплохо получается.
Через пару часов всё важное оборудование было погружено на корабли Сопротивления. Они отошли подальше от станции и замерли в ожидании. Ибот, выпендриваясь, вывел ʺПифонʺ вперёд и замер. Покрасовавшись немного, фрегат дал залп из всех орудий.
Ракеты, болванки рельсотрона и энергия бластеров впились в станцию, словно голодные летучие мыши. Снаряды рвали обшивку на части. Но та не хотела сдаваться так просто. Сначала обшивка средней части станции вздулась, словно пузырь.
Помощник судьи уронила сумочку. У неё жутко заболела голова. Люди на площади Прайма собрались вокруг неё, пытаясь понять, что же с ней. Но быстро расступились в страхе. Глаза женщины менялись. То они были нормальными, то зрачки расширялись на весь глаз…
Лопнул первый пузырь. Из дыры в корпусе хлынул огонь. Что-то горело, несмотря на вакуум.
Сержант выронил голо-планшет и опёрся на стену. Его глаза начали меняться. Проходивший мимо рядовой Марсианского Протектората попытался оказать помощь, но в ужасе отскочил от сержанта…
Начали лопаться и других пузыри. Везде бушевало пламя. Пока станция держалась одним куском. Но трещины побежали по корпусу, обнажая внутренности космического объекта.
Забавный старик, игравший с детьми на скамейке, вдруг упал на пол. Его лицо было обращено вверх, на купол ʺКультурыʺ, за которым виднелась Земля. Дети сгрудились вокруг, не понимая, что случилось с этим забавным и добрым старичком, что развлекал их историями. Глаза того менялись с каждой секундой…
Трещина на корпусе станции прошла полный круг и замкнулась. Как будто со скрипом, конструкция разделилась на две части. Внутри бушевал огонь и взрывы.
Мать троих детей вдруг уронила сумку с продуктами. Её глаза менялись. Младший потянул её за руку, но мать не отвечала. Она пребывала в каком-то трансе…
Нижняя часть станции взорвалась, выбрасывая в разные стороны свои куски. Взрыв оттолкнул верхнюю часть в сторону. Она начала медленно крутиться, всё ускоряясь.
Политик на ʺНейтральнойʺ вдруг остановился посреди выступления. Его речь, в защиту интересов Корпорации, прервалась на полуслове. Он схватился за голову и упал на спину. Никто только не мог понять, что произошло. Лишь референт, в ужасе закричал, увидев его глаза…
Верхняя часть станции взорвалась. Второй взрыв разметал оставшиеся осколки в пустоту космоса. Два догорающих цветка гасли в черноте. Словно теряя силы. Увядая. Умирая.
- Класс! - сказал Бёрк Прагину.
- Да, зрелище потрясающее! - согласился разведчик, - Ты был прав, Странник умеет эффектно взрывать вещи!
- Сэр! Входящий вызов от Люциуса Фокса, - доложил связист.
- На большой экран! - приказал Станислав.
Голо-экран заполнился лицом Фокса. Тот был бледен и держался рукой за висок. Его зрачки, то расширялись на весь глаз, то принимали привычный вид.
- Не может быть… - выдохнул Стас.
- Простите меня… - с болью и горечью пробормотал Люциус, - Теперь я понял! Я всё понял! Шпиона это я! Простите меня! Я вас сдал Команданте. И не раз… Головааааа…
- Люциус! Немедленно возвращайся! - с испугом в голосе крикнул Бёрк, - Мы поможем тебе! Я вызову лучших врачей…
- Не нужно… Я виноват… - Фокс хрипел, - Я накажу себя! Простите меня, я не хотел вас предавать…
- ФОКС! Ты что задумал? - закричал Прагин.
Но Люциус уже отвернулся от видеодатчика. Автоматика уменьшила изображение, не понимая, что происходит. Человек, сгорбившись от груза вины, начал медленно щёлкать по панели управления шлюзом.
- Фокс! Нет! Стой! - орал от бессилия Бёрк.
- Подожди! Не делай этого! - в унисон кричал Прагин.
Но Фокс не слышал их. Он набрал комбинацию открытия шлюза и повернулся к видеодатчику. Слов не было слышно, но по губам можно было разобрать ʺПроститеʺ. Гермодверь резко ушла в сторону. Воздух, с неимоверной силой, выбросил тело человека в открытый космос. Вот он был внутри корабля и вдруг… его больше нет.