Едва ли, подумал я, ибо хорошо знал, что талоны на пасту меньше упаковки даются после того, как она уже исчезла из продажи. Как объяснить ей это? Но судьба избавила меня от этой неблагодарной задачи. В эту минуту раздался вой сирены, вспыхнул красный свет и перед нашим носом опустилась решетка со светящимся табло, извещавшим, что: «К сожалению, этот контрольный пункт закрыт. Просим перейти к другому, вас без промедления обслужат».
— О, черт! — выругался я, не веря своим глазам. Не может быть! Все мои планы летели к черту.
На ум пришло библейское изречение, с которым я недавно познакомился и решил использовать в рекламе: «Так будут последние первыми». В моем случае оно вполне могло оправдаться. Длинная очередь стоявших за мной в мгновенье ока растаяла, я остался один. И тут сработала интуиция потребителя, приобретенная жизненным опытом. В считанные доли секунды предстояло определить, к какой очереди примкнуть. Здесь надо быстро оценить по крайней мере несколько решающих факторов: сколько человек в очереди, количество покупок у каждого и у скольких имеются талоны. Этому каждый из нас научился еще с малых лет, когда мы сопровождали своих мам в походах по магазинам, сначала сося палец в коляске, а затем держась за тележку одной рукой, а другой прижимая к себе желанную упаковку с леденцами, доставшуюся тебе после того, как ты уже наревелся вдосталь. Мне предстояло выбрать какого-нибудь одного из стоявших в очереди. Выбирая, лучше всего смотреть на руки. Если пальцы нервно дрожат, скорее всего бедняга боится, что перебрал в долг по своей кредитной карточке, а это означало, что у счетного аппарата его остановят, а, значит, и всю очередь, пока администратор не проверит все и не уведет с собой нарушителя. Есть и такие ловкачи, которые с помощью магнитных карандашей меняют показатели счетчика. Когда ты выбрал подходящего для тебя субъекта, далее все зависит от твоей изобретательности. Ты можешь встать впереди него, можешь пожаловаться с растерянным видом, что потерял свою очередь, или можешь «не заметить» чью-то оставленную вместо себя тележку с покупками и занять ее место. На худой конец, можно пустить в ход локти. Все эти приемы достаточно хорошо отработаны, но я слишком долго жил на Венере и потерял прежнюю ловкость. Я заметил, что даже толстая дама, обеспокоенная покупкой зубной пасты, опередила меня.
Что-то надо было делать.
Я заглянул через ее плечо на шеренгу тележек, изучая покупки.
— О, черт! — воскликнул я, как бы про себя, но достаточно громко. — Совсем забыл овсянку «Вита».
Насколько я мог заметить, никто из стоявших в очереди не сделал такой покупки, да и не мудрено. Выпуск овсянки «Вита» был прекращен еще до того, как я отбыл на Венеру, из-за случаев отравления тяжелыми металлами. Какой-то старик в трех шагах от меня с интересом вскинул на меня глаза.
Я улыбнулся ему и крикнул:
— Помните, рекламу фирмы «Вита»? Американские сыры, готовые завтраки?
Моя толстуха оторвалась от лихорадочной сортировки своих купонов, вздохнула и процитировала на память:
— Все для вашего желудка, все для вашего здоровья! Давно я не пробовала овсянку «Вита».
Кроме тяжелых металлов в овсяной смеси, вредными для печени были признаны также сухое молоко и искусственная сахароза. Но все они уже забыли об этом.
— Помню, как мама готовила мне овсянку каждое утро, — мечтательно произнес кто-то.
Я понял, что мой ход удался, и ухмыльнувшись про себя, воскликнул:
— И моя тоже! Чертовски досадно, что не успел захватить парочку пакетов в Отделе деликатесов.
Все головы повернулись в мою сторону.
— Я не заметил там овсянки «Вита», — ворчливо промолвил старик.
— Неужели? Большая полка с надписью: «Покупка, которая дороже денег».
Очередь дрогнула.
— По купонам — с двойной скидкой, — добавил я.
Очередь рассыпалась. Прихватив свои тележки, все ринулись в Отдел деликатесов. Перед контролершей остался я один. Оказывается, она тоже с интересом прослушала мою информацию об овсянке «Вита», и я едва уговорил ее принять у меня деньги за сделанные покупки, так ей не терпелось поскорее попасть в Отдел деликатесов.
Я безбожно опаздывал к Митци и последние два квартала до ее дома я уже бежал. От бега и густого смога, перехватывающего дыхание, я порядком взмок. Прощай свежесть дезодоранта «Люби Меня».