- Почему?
- Сила, которая тебя защищает, не дает применить даже самую слабую магию, направленную на излечение плоти, - ответил он.
Крайгус достал из коробки небольшую баночку и щедро намазал спину мазью, пахнущую серой.
- Долго я была без сознания? - поинтересовалась Кира у Милены.
- Нет, - ответила она, - а вот спала три полных оборота.
- Сколько? - переспросила Кира, не поняв отсчет времени.
- Трое суток, - улыбнулась Милена
Крайгус тем временем опять наложил повязку, забинтовав полностью весь торс.
- Выпей, - он поднес к ее губам стакан с коричневой жидкостью.
- Что это? - недоверчиво спросила Кира, выпив содержимое.
- Скоро обезболивающее перестанет действовать. Ты будешь принимать настой из трав, он поможет притупить боль. - С этими словами он поклонился Милене, и, не сказав больше ни слова, вышел.
Кьяра почувствовала, как веки стали закрываться, и она провалилась в сон.
Время текло медленно и однообразно. Кьяра продолжала отлеживаться в кровати, четко следуя всем инструкциям по выздоровлению, оставленные фелхом. Разговаривать не хотелось, да и не с кем было. Кьяра пребывала в странной прострации собственных мыслей и ощущений. Обреченность, с которой она приняла известие о том, что ее возможно убьют, переросла в общую апатию. Она стала плохо спать, почти не ела, и только смотрела в одну точку. Ей было безразлично все, что ее окружало. Кира выпадала из времени, и практически сама себя потихоньку убивала. То, что заставляет жить, смысл самого существования потерялся для нее. В минуты полного отчаяния, она даже думала, что наверно хорошо, что все так получается. Если рассказанное Марком, правда, то ее действительно лучше умертвить, и желательно побыстрее.
Видения прошлого стали сниться каждый раз, как только она засыпала. Воин Равновесия медленно пробуждался, и начинал влиять на ее внутренний мир. В тишине пустой комнаты, ей казалось, что она слышит далекий безликий голос. Иногда Кьяра ни с того ни сего начинала чувствовать раздражение и лютую ненависть. Под напором чужих ощущений, она стала забывать себя. С трудом вспоминала родителей и дом, даже образ любимого брата стал в ее воспоминаниях размытым, призрачным, как будто вся прошлая жизнь была лишь сном. Она боролась с этим, пыталась себя отвлечь, но смирение со своей скорой кончиной лишало ее последней возможности сопротивляться.
Единственный кто навещал Кьяру, была Милена. И в те редкие минуты их разговора, она оживала. Черная горечь отступала, и в ней просыпался интерес.
Милена многое ей рассказала, научила смотреть вторым, истинным зрением. Именно тогда Кира почувствовала, и впервые смогла управлять силой. Милена учила ее видеть Кару, основу души всех живых существ.
Насколько Кьяра смогла понять, внешне Темные и Светлые Ангелы не отличались друг от друга. Не считая цвета крыльев. Различие было в основе души Ангела - Кару.
Кира упорно всматривалась в белый огонек в руках Милены, стараясь увидеть то, что находиться за ним. Потихоньку краски окружающего мира стали выцветать, огонь расплывался, и она смогла увидеть: небольшой шарик черного цвета, который находился в груди Астрального тела Милены. Чернота в нем закручивалась в спирали и вихри. Это настолько поразило Киру, что она чуть наклонилась вперед стараясь рассмотреть его лучше. В одно мгновения мир рванулся к ней навстречу, завертелся причудливой круговертью, разбился на осколки.
...Она видела маленькую деревушку, на окраине леса. Людей бегущих вперед от воинов в белых плащах, и как с ними столкнулись Темные Ангелы. И один из них, высокий, стройный, с золотым обручем на черных волосах спас единственную оставшуюся в живых молодую, с растрепанными русыми волосами девушку, лет семнадцати...
Видение померкло. И Кьяра опять оказался в комнате Замка Тьмы, на своей кровати. Над ней склонилась перепуганная Милена, тряся ее за плечи.
- Вы были человеком, - задыхаясь, проговорила Кира.
Милена отшатнулась, недоверчиво смотря на нее.
- Видела, - все еще тяжело дыша, ответила Кира на невысказанный вопрос. - Вас спас Ангел, с золотым обручем на голове.
На лице Правительницы Нижнего мира отразилась печаль, глаза ее затуманились, память рисовала картины прошлого.
- Да, когда-то очень давно, я была человеком. - С невосполнимой горечью проговорила она.
- Но как? - удивилась Кира.
- Человек может стать Ангелом, - Милена отвернулась, и отошла к окну. - Если другой Ангел пожертвует ему свои крылья. Не подарит или отдаст, а именно принесет жертву, только тогда он сможет воплотить, то неведомое что является сущностью любого Ангела. Выпьет одну из сторон Кару. - И шепотом добавила, - когда-нибудь и я верну свой долг.
- Не понимаю...
- У Ангелов Кару лишь одного цвета. У всех остальных живых существ Кару наполнен и Светом и Тьмой. Ангел может вобрать в себя часть противоположной силы, взамен отдав свою. Но Темный не может жить со светлым Кару, так же как и Светлый Ангел с темным.
- И кто же пожертвовал своими крыльями ради Вас?
- Я расскажу, но позже. - Милена повернулась, грустно улыбнувшись. - Сейчас придет Крайгус, а моя история очень долгая.
В подтверждении ее слов в комнату вошел фелх. Последовал очередной осмотр ее многострадального тела. В заключение чего, Крайгус разрешил ей вставать. Вдвоем они помогли Кире подняться. Ноги дрожали, ее пошатывало от накатившей слабости. Но молодой организм быстро справился с недомоганием, и через некоторое время Кира смогла свободно и главное без поддержки, перемещаться по комнате. Сразу выказав тайную мечту - помыться. Желание было удовлетворенно, одним коротким кивком головы фэлха. После чего Кира с удовольствием провалялась в горячей воде около часа.
Милена принесла ей черное однотонное платье и помогла одеться. Чтобы справится с кучей крючков, расположенных на спине, надо было быть акробатом.
- Думаю, тебе не помешает свежий воздух, - проговорила Милена, - но сначала нужно поесть.
Из спальни они прошли в гостиную. Кьяра мысленно отметила стиль и богатое убранство комнаты. Хотя помещение, в котором оказалась Кира, назвать банальной гостиной было сложновато, скорее это был уютный мини зал, выполненный в светлых тонах голубого и бежевого цвета. Тут, как и в ее комнате, было очень много разнообразных растений. По одной из стен из грубого камня вился вьюн, а рядом по выступам сбегал водопад в небольшую нишу. На дне ее плавали маленькие, ярко рыжего цвета, рыбки.
В комнату вошла девушка-фелх с увесистым подносом еды. Она быстро накрыла небольшой овальный стол и, поклонившись, удалилась.
- На каком языке они говорят? - спросила Кира, садясь за стол.
- Общий язык Сферы Миров. Кто-то его помнит, кто-то забыл, и он стал мертвым. Когда-то на заре юности Мирозданья, во всех реальностях говорили именно на нем. Но это было давно.
- Красивый язык, мелодичный, - отметила Кира.
- Ты тоже его знаешь, - с улыбкой сказала Милена. - Вообще Ангелы понимают любое разумное существо, на каком бы диалекте оно не разговаривало, лишь бы разговаривало. И я думаю тебе это тоже доступно.
- Как? - Кира тут же загорелась идеей понимать чужие языки. Раньше в ней способности полиглота не наблюдались.
- Это не сложно. Ты должна слышать душой. Так же как ты училась видеть, ты должна слышать. - Голос Милены обволакивал, звучал мягко и немного таинственно. - Смысл должен спокойно вливаться в тебя, и тогда ты поймешь любую речь. Слушай не ушами, а Кару. Понимай не умом, а чувством. Надо уметь не слышать, а слушать. Проникни в основы всех слов, когда-либо произнесенных во всей Сфере. А еще ты вымазалась в масле, и теперь у тебя щека блестит.
- Где? - воскликнула Кира, спешно вытирая салфеткой лицо.