Тропа портала слабо светилась, уводя вдаль, теряясь в сухих рощах и густых непроходимых лесах, скрывалась среди мелких кустарников, обрываясь пропастью, лишь затем, чтобы снова засветиться на другой стороне. Сворачивать с нее было крайне опасно. Один неосторожный шаг и можно было попасть в совершенно другую реальность, потеряться во времени и пространстве. На отдых старались останавливаться недалеко от пути, всегда ставя охранные заклятья.
Пару раз на них нападали огромные, но довольно тупоголовые обитатели межреальности. Кьяра обозвала их мутантами, плодами больной фантазии, создавшей таких монстров. В небе изредка проносились стайки крокодилообразных птичек размеров с молодого мамонта. Зарубив еще в самом начале похода одного такого переростка, Велкон отбил им все желание пробовать людей и Ангелов на вкус.
Вот такие сомнительные развлечения, хоть как-то разбавляли однообразные дни.
Кьяра плелась в середине их небольшого отряда, понуро ссутулившись и низко опустив голову. Впереди шли Ангелы, за ними Горьев, а позади всех Агадайя. Марк выглядел измученным и хмурым, он постоянно бросал недоверчивые взгляды на Ангелов.
В таком разношерстом отряде, обязательно должны были случаться конфликты. Они просто неизбежны, когда три извечных врага угодили в ситуацию, которая требовала от них сплоченности и гибкости во взаимоотношениях друг с другом. Но, не смотря на сложившиеся обстоятельства и договоренность о мире, горячие дебаты вызывал любой вопрос, начиная от места отдыха и заканчивая правильностью цели их похода. И самое поразительное было в том, что обычно в спорах единым фронтом выступали Ангелы против Горьева, которого на удивление всегда поддерживала вампирша. Кьяра оставалась в этих перебранках не удел. Она всего один раз попробовала высказаться в решении возникшей проблемы, но на нее накинулись с упреками Марк и Велкон, аргументируя тем, что она все равно не разбирается в происходящем. И это был один-единственный раз, когда Ангелы были по разные стороны баррикады. Лендон вступился за девушку, чем вызвал нехилый скандал. После этого Кьяра решила не вмешиваться в происходящее, и полностью положиться на своих более опытных спутников.
Девушка поморщилась, чуть поведя плечом. Лендон вчера оставил на нем огромный лиловый синяк, который теперь ныл, при резком движении.
На второй день похода, Ангелы решили потренироваться. Чем было вызвано такое решение, никто не понял, но и мешать им не стали. И смотря на спарринг Хранителей, Кьяра пришла к выводу, что ей тоже нелишним будет научиться защищать себя. Конечно, можно было и дальше пользоваться теми возможностями, которые открылись в ней по владению клинком, но и обычные кулачные приемы борьбы изучить не помешает. Вначале она обратилась к Марку, на что тот ответил категорическим отказом, и стал вещать что-то по поводу: "Сама себе голову снесешь, что я потом делать буду?" Но неожиданно ее поддержал Темный и, как это уже было принято, Светлый Ангел, обосновав тем, что они не всегда смогут защитить ее. Горьев отнесся к этой идеи очень скептически и наотрез отказался помогать. А вот Ангелы с каким-то прямо воодушевлением взялись за обучение.
Лендон принялся учить ее приемам рукопашного боя. Правда, только после того, как заставлял, как минимум час упражняться: качать пресс, отжиматься, подтягиваться, и делать остальные физкультурные нагрузки начальной школы. Кьяра не ожидала такого развития событий, и попыталась убедить Ангела, что находится в хорошей спортивной форме. На что Лендон только ухмыльнулся. Но уже после первого занятия стало очевидно, что Светлый был прав. Все тело ломило, мышцы ныли, казалось, что болит каждая клеточка ее тела, но Лендон, как заправский садист со стажем, настоял на продолжении. И лишь через неделю в конце занятия он показал пару приемов. И что немало его поразило, и удивило саму Киру, она все его выпады парировала. Тело как будто знало, что надо делать и реагировало без вмешательства ее разума.
Она догадывалась, откуда у нее эти навыки и такая реакция, но рассказывать не решалась. Марк итак иногда кидал на нее мрачные взгляды, а после того как она чуть не уложила Ангела на обе лопатки, всего после двух недель тренировок, вообще стал смотреть с опаской. Как будто догадываясь о том, что на самом деле с ней происходит.
Кьяра молчала, но уже знала, что Равновесие давно пробудилось и только ждет момента, чтобы вырваться из плена и подавить ее разум. Она пользовалось навыками Воина, при этом, каждый день, прилагая титанические усилия для сдерживания его, боролась против чужого холодного сознания. Свет, зародившийся в душе, как будто изнутри согревал ее. Робкое чувство после разговора с Лендоном в трактире, прочно обосновалось в ней, с успехом подавляя напор Равновесия. И это нежное и пока неясное ощущение росло с каждым новым днем, с каждым вздохом, с каждым брошенным на нее взглядом сапфировых глаз. Кьяра неосознанно тянулась к Светлому Ангелу, находя покой и утешение в его сильных объятиях. Возможно, это и было опасно, но она настолько устала бояться, что даже за краткие минуты счастья, проведенные в обществе Лендона, готова была на все. И если чувства, которые пробуждал в ней Ангел, помогут ей справиться с монстром, она была согласна на то, чтобы потом страдать от собственной наивности и человечности.
Девушка посмотрела на идущего впереди Велкона, и на чуть заметный порез на его щеке. Тонкая нить серебристого шрама полукругом огибала уголок правого глаза.
Отношения с Темным Ангелом улучшились. В его взгляде больше не сквозилось презрение, и если надо было к ней обратиться, он делал это как можно вежливее.
Если Лендон взялся учить ее обороне без острых предметов, то Велкон сам предложил свои услуги в обучении владения клинком. Тирипс сначала с большой неохотой относился к таким тренировочным боям. И каждый раз все норовил пустить драгоценную кровь Темного Ангела. Кьяра иногда с трудом сдерживала свой не в меру ретивый меч, вечно рвущийся в бой. Но, потихоньку Тирипс стал привыкать к руке державшей его, и уже не противился ее движениям. Со временем он начал доверять девушке, полностью отдаваясь во власть новой хозяйки.
Тренировки с Велконом давались Кире намного легче, чем рукопашные бои. И если в начале их занятий Темный был расслаблен и поднимал меч, только когда надо было отбить хотя бы один удачный выпад Киры, то уже через три недели он полностью концентрировался на противнике. Не позволяя себе отвлечься даже на секунду, черный фламберг он держал постоянно в защите, даже когда что-то объяснял.
А вот почему он не залечил рану на лице, которую оставила на нем девушка кончиком Тирипса, никто так и не понял.
Кьяра обернулась, посмотрев на вампиршу. Черный плащ развивался у нее за спиной, длинные густые волосы, цвета вороного крыла, были заплетены в тугую косу и на конце перехвачены атласной лентой. Черные бездонные глаза, казалось, смотрели не на мир, а сквозь него. Правая рука вампирши лежала на массивной крестовидной рукояти меча, придерживая украшенные еле различимыми рунами ножны, висевшие на сплетенном из тонкой кожи широком ремне.
Агадайя практически ни с кем из них не общалась. Всегда молчаливая и спокойная. Ответы ее были короткими и информативными. Единственный с кем вампирша разговаривала, был Горьев. Кьяра частенько замечала, как они сидят в стороне ото всех, тихо между собой беседуя. И как она смогла понять по выражению лица Марка и редким полуулыбкам вампирши, общение им нравилось.
Единственный раз, когда Агадайя удостоила ее более-менее красноречивым ответом, был, когда девушка спросила ее про сущность всех вампиров.
- Кровь пьют только низшие вампиры, но в данном случае мне требовалась и она. Поток, из Океана Жизни, который омывает приделы Мироздания, пронизывает все сущее, что есть в нем, задерживаясь в существах и наполняя их силами. Для Вампира, все живые - это океаны, моря, лужицы, скопившейся в них энергии Потока жизни. Мы пьем его, как вы пьете воду, - закончила необычно долгую для нее речь, вампирша.