— Обсудим правила? — предлагает маг, выходя на центр поляны.
Высокие ели шумят и скрывают их своими ветвями. Вдалеке слышно, как стучит дятел. Диона становится напротив парня.
— Нет правил, — ухмыляется девушка.
— Прекрасно, — дёргает уголком губ Эрбин. — Тогда начнём.
Он нападает первым, создавая в воздухе сияющий магический меч. Диона отскакивает в сторону, посылая в противника вибрационную волну. Эрбин уворачивается, приземляясь на колено и оборачивается. Дерево за его спиной прогнулось и треснуло.
— Неплохо, — говорит он, поворачиваясь к Дионе. Во взгляде появляется что-то похожее на уважение.
Ведьма не отвечает. Она соединяет ладони у груди, формируя огненный шар, и направляет его в Эрбина. Маг успевает создать щит в последний момент и проворачивает тот же трюк, что на магобое. Просто исчезает. Диона разворачивается, успевая увернутся от лезвия меча. Делает финт кистью, создавая водный купол вокруг головы Эрбина. Меч выпадает из рук парня, растворяясь в воздухе, не успев коснуться земли. Диона закручивает кисть сильнее — купол становится меньше. Ведьма видит, как её противник начинает задыхаться и уже хочет развеять заклинание, как в руках Эрбина появляется магический хлыст. Одним точным движением, светящаяся жёлтым нить, опутывает талию девушки и притягивает к чужому телу. От неожиданности Диона теряет контроль над куполом, который взрывается, орошая всё вокруг водой. Прижав девушку к себе, Эрбин валит её на землю. Остриё вновь вызванного меча пронзает почву в нескольких сантиметров от головы Дионы.
Он лежит на ней, разгорячённый от битвы и мокрый, прижимая к земле всем телом. Дышит тяжело, со слипшихся волос, на чужое лицо капает вода. Глаза горят жёлтым золотом, блуждая по девичьему лицу.
— Неплохо, — горячее дыхание опаляет тонкие губы Дионы. — Очень даже неплохо.
— А как по мне это было блестяще, — шепчет девушка, не сводя взгляда с янтарного омута чужих глаз.
— Есть ещё над чем поработать, — улыбается Эрбин, поднимаясь и протягивая Дионе руку.
Девушка встаёт, отряхиваясь от жухлой травы, земли и опавших листьев. Осень только началась, но ветер уже принёс холод и начал срывать с деревьев пожелтевшую листву. Зима в этом году обещает быть очень холодной. Эрбин поднимает с земли свою сумку и трясёт головой, отчего в разные стороны разлетаются брызги с мокрых волос.
— Знаешь, у тебя есть потенциал, — говорит он.
Повязка, держащая волосы, слетела ещё во время боя и теперь влажные кудрявые пряди красиво облепляли смуглое лицо. Диона невольно засматривается на тонкие губы, широкий с небольшой горбинкой нос и длинные ресницы. В Эрбине не было каких-либо особо привлекательных или запоминающихся черт, но внешность была приятна, а лицо его хотелось рассматривать. Поймав себя на этой мысли, Диона смущается, чувствуя, как алеют щёки. Она отворачивается, начиная собирать свои вещи, которые почему-то выпадают из рук.
— Знаю, — хрипит в ответ она и неловко кашляет, прочищая горло.
— Если я предложу тебе тренироваться со мной, ты согласишься?
Диона разворачивается и суживает глаза, смотря на улыбающееся лицо мага. Девушка закусывает губу, раздумывая над предложением, а затем кивает.
— Отлично! Тогда до завтра, — бросает Эрбин и скрывается в лесной чаще.
Диона провожает его взглядом, прикладывая ладонь к груди в области сердца. Хмурится и, закинув на плечо сумку, уходит с поляны.
Глава 4. Разговор
Диона переворачивает тарелку, но, кажется, каша не собирается падать на деревянную поверхность стола. Цокнув, девушка ставит посуду обратно и отодвигает её от себя. Ланика, сидящая рядом бездумно елозит ложкой в непривлекательной серой массе, внимательно слушая Адею.
— Я не понимаю на что она злится, — мнёт пальцами манжеты униформы Фокер. — А на любую попытку поговорить взрывается, кричит на меня и говорит, что я ничего не понимаю.
— А что отец? — хмурясь, спрашивает Ланика. Толстая коса, перекинутая через плечо, украшена красивой заколкой с вышивкой.
— Когда в последний раз он пытался её успокоить, дело почти дошло до драки. А может и дошло. Не знаю, я тогда убежала в свою комнату.
Ланика тяжело вздыхает и качает головой. Ариаль, сидящая возле Адеи, пододвигается ближе и заключает одноклассницу в объятия.
— Бедняжка, — шепчет она, укладывая голову на чужое плечо. — Не волнуйся. Я уверена, всё образумится!