— Держи, — протягивает ведьмаг покупку девушке.
— Н-не стоило! — Адея забирает платок, смущённо жуя губы. — С-сколько ты отдал за него? Я обязательно тебе верну!
— Не нужно, — качает Афер головой. — Лучше пообещай, что больше не будешь плакать.
Он заправляет прядь волос девушке за ухо, а Адея чувствует, как останавливается её сердце. Она смотрит в чужие голубые глаза и мир вокруг замирает, концентрируясь на одной единственной улыбке.
Мимо проезжает телега, доверху набитая букетами. Удушливый запах цветов накрывает с головой. Афер чихает, а затем ещё и ещё.
— Богиня! Ч-что случилось? — Адея подскакивает к парню, пытаясь заглянуть в слезящиеся глаза.
— Аллер-апчхи-гия! Скоро, апчхи, пройдёт, — отвечает Афер, пытаясь проморгаться и вдохнуть побольше воздуха.
Адея хватает парня за руку и выводит его из шумной толкающейся толпы. В немноголюдном переулке, от свежего воздуха Аферу становится лучше. Он несколько раз глубоко вдыхает и утирает слёзы, смотря на ведьму покрасневшими глазами.
— Спасибо, — говорит ведьмаг.
— Не б-благодари, — смущённо улыбается девушка, дёргая себя за прядку волос.
Солнце, слабо окрашиваясь охровым, касается верхушек домов. Часы на городской башне раздаются звоном.
— Ох, — Адея испуганно прижимает ладонь ко рту. — Мне надо домой. Если матушка схватится…
— Так пойдём!
Афер хватает руку девушки. Они бегут по улице, лавируя между прохожими. Останавливаются у дома, слегка запыхавшиеся, и переглядываются. Адея опускает взгляд на переплетённые пальцы и снова краснеет.
— Эм, с-спасибо, — бормочет она. — Спасибо за прогулку. Мне это было необходимо.
— Обращайся, — щурит от улыбки глаза Афер. — Если нужен, я всегда буду рядом.
Они встречаются взглядами. Речной поток сталкивается с гладким ясным небом. Глаза обоих искрятся, переливаются нежностью. Адея чувствует, как ведьмаг гладит большим пальцем кожу её ладони. Щёки начинают полыхать, и девушка уводит глаза вниз.
— У-увидимся в школе, — пищит она.
— Да, до завтра, — кивает Афер и уходит вниз по улице.
Когда спина парня скрывается за поворотом, Адея влюблённо охнув и прижав подаренный платок к груди, заходит в дом, который тут же окутывает тяжёлой, холодной мантией разочарования и уныния. Матушка стоит посреди гостиной, скрестив руки и смотря на дочь мрачным, разочарованным взглядом сверху вниз. Адея чувствует, как под взглядом этим сжимается и скулит то трепетное чувство, что так смущённо расцвело рядом с Афером. Девушка хочет что-то сказать, но прилипший к нёбу язык не даёт вымолвить и звука. Офелия смотрит на дочь, сжимая губы в тонкую полоску, а затем вздыхает, руки её безвольно повисают вдоль тела. Женщина качает головой и скрывается за дверью своей спальни.
Глава 6. Служанка
Высокие стены тронного зала украшены портретами в позолоченных рамах. Длинные полоски света, тянущиеся от окон, освещают мраморный пол и мягко касаются носков дорогой обуви. Кэлвард убирает руки за спину и внимательнее вслушивается в речь отца, не отрывая взгляда от картины.
— Однажды ты унаследуешь трон, сын мой, — размеренный, властный голос Сотана Грайта разносится по комнате. — И я ожидаю, что правление твоё будет таким же безупречным как моё и моего отца.
На сына мужчина не смотрит. Взгляд его обращён на портрет. Холодный, безразличный взгляд мутных голубых глаз на треугольном лице и корона, что украшает длинные чёрные волосы. Смутный образ дедушки отпечатался в голове Кэлварда именно таким: бесчувственным, строгим и жёстким. При каждом взгляде на картину по спине принца пробегают мурашки. В детстве юному Грайту казалось, что красные мазки краски — это капли крови, которые первый король сам оставил на своём портрете.
— Я понимаю отец, — кивает Кэлвард. — Я не подведу тебя.
Сотан бросает на сына быстрый взгляд и довольно ухмыляется. Тяжелая ладонь ложится на юношеское плечо.
— Я рад, что ты понимаешь всю ответственность, что лежит на твоих плечах. Твой дед объединил эти земли, я же привёл их к процветанию. Народ Вителии боготворит нас. А в будущем он должен боготворить тебя.
Гулко сглатывая, Кэлвард кивает. Тяжелая рука отца давит на плечи, но парень упрямо держит спину прямо. Широкая ладонь пару раз хлопает по плечу, и король отходит в сторону, направляясь к выходу из тронного зала.
— Твоё совершеннолетие уже не за горами, — говорит Сотан, ступая по длинному ковровому покрытию. — Есть ли что-то, что мой сын хочет в качестве подарка на своё восемнадцатилетие?