— Сквозь бурю и шторм.
— Сквозь бурю и шторм, — с улыбкой вторит Теофана.
Он заходит в комнату без стука и привычно кланяется словно кукла, не выражая никакого уважения. Кэлвард скрипит зубами, но быстро берёт себя в руки: он обещал Теофане разобраться.
— Прошу, садись, — указывает он Ларесу на кресло напротив.
Но главнокомандующий остаётся стоять неподвижной статуей. Кэлвард хмурится.
— Ты не расслышал?
— Прошу меня простить, Ваше Высочество. Но у такого как я нет прав сидеть с вами на одном уровне, — произносит Ларес.
Его лживая вежливость раздражает сильнее, чем идеальные черты лица. Кэлвард хмыкает.
— Как знаешь. Уговаривать не буду. Ты знаешь зачем я вызвал тебя сюда?
— Никак нет, Ваше Высочество.
— Я хотел поговорить с тобой о печатях и специальных документах, о той идее, что ты предложил моему отцу.
— С ними что-то не так?
От показного равнодушия на лице Лареса у Кэлварда начинают чесаться кулаки.
— А ты как считаешь, Гартогс? — принц встаёт и подходит к рыцарю ближе, почти вплотную. — Не кажется ли тебе эта идея излишней? Ведьмы итак находятся в полном нашем подчинении. Мятежи мы подавили, так зачем эта излишняя жестокость? Официальный указ о печатях и документах ещё даже не вышел, а ведьм и фамильяров уже начали забирать за неимением нужных. Не кажется ли тебе, что пора поубавить свой пыл?
На лицо Лареса падает тень.
— Прошу простить, если мои слова прозвучат грубо, мой принц, но мне кажется вам не хватает решительности в этом вопросе. Как сказал Его Величество король, ведьмы должны понять где находится их место.
— Уверен этого можно добиться и другими путями! — возмущается Кэлвард.
— Возможно принцу просто не хватает знаний в вопросах политики, — лицо Лареса не выражает ничего, но Кэлвард слышит еле заметную издёвку в его голосе.
Пальцы раздражённо дёргаются, готовые сжаться в кулак и проехаться по красивому лицу.
— Я могу приказать тебе отменить указ о печатях и документах, — чеканит Кэлвард.
— Простите, Ваше Высочество, но я следую только личным приказам короля.
Кэлвард, чувствуя, как багровеет лицо, выдыхает через нос и взмахивает рукой, прогоняя Лареса из комнаты. Главнокомандующий кланяется и уходит. Кэлвард же, запустив руку в волосы, с силой оттягивает пряди. “Ублюдок”, — проносится в голове.
Глава 24. Прогулка
— Приглашаю на прогулку.
Погода стоит чудесная. Тёплое весеннее солнце освещает каждый уголок, пение птиц щекочет уши. Снег практически полностью сошёл, оставив лишь небольшие грязные сугробы в глубинах леса.
— Прямо сейчас?
Диона пару раз моргает и смотрит на сестру в своих руках. Цинна, зажатая подмышкой старшей, беспомощно трепыхается и бьёт Диону по руке, возмущённо кряхтя. Эрбин смотрит на всё это с весёлой улыбкой.
— Погодка чудесная, да и выходной у меня не каждый день, — подмигивает маг.
Диона хмыкает, отпускает Цинну, которая тут же начинает поправлять взъерошенные волосы.
— Ну хорошо, — кивает ведьма. — Куда пойдём?
— Нашёл недавно красивое место. Правда оно за городом, придётся немного пройтись.
— Я тоже с вами хочу! — вдруг громко подаёт голос Цинна.
— Нет, — строго отрезает Диона. — Мы пойдём на свидание, а ты будешь лишь мешаться под ногами.
Цинна сразу тускнеет в глазах и, надув губы, складывает руки на груди.
— Да ладно тебе, мелкая нам не помешает, — притянув Диону к себе за талию говорит Эрбин и подмигивает фамильяру.
Цинна тут же светлеет и улыбается. Диона переводит взгляд с сестры на парня, цокает и опускает голову Эрбину на плечо.
По рассказу мага, место которое он нашёл было недостроенным, но красивым и завораживающим в своей запущенности парком. Особенно Эрбин хотел показать увитый дикой розой фонтан. Особого интереса Диона не испытывала, но упустить момент инициативы мага не могла.
Путь занимает около часа. Цинна всю дорогу скачет, разглядывая пейзаж и щебеча что-то о школьных буднях и друзьях.
— Слышал последние новости? — спрашивает Диона.
— Да, Рорент рассказал.
— Как всё вообще пришло к этому? — спрашивает ведьма, пиная носком сапога камешки.