— И без тебя разберусь, — говорит женщина и, подойдя к солдату, отдаёт ему звенящий монетами мешочек. — В следующий раз, чтобы привёл нормальных девочек.
— Тебя забыл спросить, — огрызается солдат, выхватывает мешочек с деньгами и хлопает дверью.
Женщина же, снова недовольно покачав головой, разворачивается к смотрящим на неё с ожидающим страхом девушкам и говорит:
— Меня зовут Эктера Нильсен. Для вас мадам Нильсен. Я главная горничная замка Селе́смор.
От этих слов что-то глубоко в груди у Дионы ухает вниз, царапая живот и дробя кости. Кандалы на запястьях мгновенно тяжелеют. Мысль о том, куда их привезли нависала тенью за спиной, но Диона из последних сил лелеяла надежду, слабую, словно потухающее пламя костра, что она окажется не права.
— С сегодняшнего дня вы будете работать в замке в качестве прислуги. Не нойте и не пытайтесь сбежать. Усердно выполняйте свои обязанности и будет вам и крыша над головой и сытые животы. Будете делать всё без ошибок — останетесь целыми и возможно вам повезёт занять моё место. А теперь подтирайте свои сопли и следуйте в банную комнату. Одежду вам выдадут, к работе приступаете с первыми лучами солнца. Опоздаете — лишитесь пальцев, так что пеняйте на себя.
Кто-то в испуге икнул. Мадам Нильсен захлопывает дверь, оставляя комнату в гнетущей тишине. Все бояться издать и малейший шорох. Через время в комнату заходят несколько служанок. Они здороваются и проводят девушек дальше по коридору в широкое и тёплое помещение, пропахшее мылом и травами, посреди которого стоит большой чан с водой. С помощью служанок ведьмы снимают с себя платья и одна за другой опускаются в неприятно-холодную воду. Зубы тут же начинает стучать.
Диона оглаживает себя руками, ковыряя ногтём недавно зажившие раны на плечах. Блёклый взгляд смотрит на медленно темнеющую воду. Хотелось оказаться в тёплых мужских объятьях, но Диона не видела Эрбина около недели с того момента как их поймали. Их бросили в разные повозки и увезли в противоположных направлениях. Девушка просто надеялась, что с магом всё в порядке. Думать о сестре Диона не могла физически. Сердце тут же начинало болеть, а к глазам подступать слёзы.
Внезапно на голову ложатся чьи-то руки и начинают медленно массировать. В нос ударяет сильный запах трав. Диона поднимает голову, встречаясь взглядом с тёплыми карими глазами. Служанка улыбается и кивает, как бы говоря, что всё нормально. Диона пару раз моргает и уводит взгляд.
После того, как были закончены все банные процедуры, а также показано место для сна, служанки отводят ведьм на служебную кухню. Голодные девушки набрасываются на предложенную еду словно дикие звери.
Диона смотрит на кусок хлеба в своих руках неверяще и как-то жалобно. Живот отзывается громким недовольным урчанием, когда девушка откусывает кусок. Рядом сидит та самая служанка, что помогла вымыть Дионе волосы. Тихо, охрипшим голосом, ведьма произносит:
— Спасибо.
— Не за что, — по-доброму улыбается служанка.
Диона кидает на неё быстрый взгляд, замечая на чужих запястьях такие же оковы, сдерживающие магию. Только цепь на них в несколько раз длиннее, а сами кандалы уже и обиты мягкой тканью.
— Меня Бэйла зовут, — протягивает руку служанка.
— Д-, кхм, Диона.
От её лучезарной улыбки и прямого взгляда Дионе становится не по себе. Она смотрит с подозрением, откусывая ещё один маленький кусок от хлеба.
— Скажи, — хриплый голос режет горло, — что с нами будет?
Бэйла делает недоумённое лицо.
— Разве мадам Нильсен вам не объяснила?
— Она сказала… что мы будем работать, кхм, здесь.
— Всё верно, — кивает Бэйла. — Скоро состоится свадьба принца Кэлварда и леди Теофаны. Рук ужасно не хватает, поэтому всех девушек, что забрали патрульные отправляют сюда на помощь в подготовке.
Раньше Диона разозлилась бы и точно высказала своё мнение на этот счёт, но сейчас она лишь смотрит сквозь Бэйлу, бездумно жуя хлеб. Мыслей в голове нет, как и желания что-либо отвечать. Там, где раньше бушевал шторм, воцарился штиль.
— Можно… спросить?
— Конечно!
— Что делают с… с пойманными магами? — всё внутри натягивается словно тонкая нить в ожидании ответа.
Бэйла задумчиво приставляет палец к подбородку и, подумав пару секунд, отвечает:
— Они поступают новобранцами в армию, а затем их распределяют по всей стране. Тех, кто показал себя особенно хорошо переводят в отряд королевской армии.