Элена опустила руку; диковинный мир вокруг нее исчез. Она вернулась в реальность, наполненную криками и стонами умирающих. Подняв руку, лежавшую на одеяле, она внимательно посмотрела на нее, и ее глаза широко раскрылись от ужаса. Ее собственный отчаянный вопль заглушил все остальные звуки.
— Нет!!!
Мерик ковылял на костылях по пустой кладовой. Все ушли собирать вещи и готовить коней, чтобы побыстрее покинуть Порт-Роул. Раны элв'ина, хотя и заживали, сделали его совершенно бесполезным, поскольку он не мог таскать и укладывать то, что им могло пригодиться в пути. Оставшись в одиночестве, он подошел к клеткам, в которых сидели диковинные существа, помогавшие Маме Фреде в ее профессии целительницы.
Он поспешно открыл клетку, где сидел ястреб-певун. Ярко-зеленые перья говорили о том, что он родился в джунглях, в чужой стране, но Мерик намеревался отправить его еще дальше. Птица расправила крылья и зашипела, когда он протянул к ней руку. Однако Мерик направил на нее легкое дуновение магии стихий, которая окутала дикое существо и подчинила его себе. Ястреб успокоился и сел на запястье элв'ина.
Держа птицу на руке, Мерик доковылял до маленького открытого окошка и поднес к нему ястреба. Когда птица села на подоконник, Мерик направил на нее свою магию. Эл'вины умели управлять потоками воздуха и всеми летающими существами. Никто из них не мог противиться воле лорда элв'инов. Вот и ястреб склонил голову набок, прислушиваясь к указаниям Мерика.
Мисилл рассказала элв'ину обо всем, что выпало на долю Элены и ее друзей: про путешествие через болота, сражение с черным стражем д'варфом и падение А'лоа Глен. Не вызывало сомнений, что армия Темного Властелина заняла затонувший город, и любая попытка добраться до Кровавого Дневника обречена на поражение. Как его спутники могут даже думать о том, чтобы подвергнуть Элену такой опасности?
Мерик знал, в чем состоит его долг. Он защитит девушку, даже если это приведет к гибели Аласеи. Какое дело его соплеменникам до несчастья этой страны! Их давно отсюда изгнали. Значение имела только миссия, которую ему поручила королева, — вернуть наследницу потерянной королевской династии элв'инам.
И он добьется успеха.
— Лети, — прошептал он ястребу. — Отправляйся в Стормхейвен. Найди мою королеву. Скажи ей, что время истекает. Она должна освободить армаду Грозовых Туч, пусть боевые корабли снимаются с якоря.
Мерик подбросил ястреба вверх, тот с пронзительным криком поймал морской бриз и расправил крылья. Сделав широкий разворот, птица промчалась над крышами Порт-Роула и растворилась в солнечном сиянии.
Небесно-голубые глаза Мерика проследили за ее полетом. Его последние слова были похожи на легкий вздох.
— Мы должны остановить Элену.
Утреннее солнце уже начало приближаться к середине небосвода. С тяжелым сердцем шагал Тол'чак вслед за своими спутниками по улицам Порт-Роула. Он всю ночь оплакивал мать. Точно свеча, она короткое время озаряла его пустую жизнь, а теперь погасла. Он даже не успел насладиться теплом настоящей жизни в семье. Впрочем, сейчас было не самое лучшее время для сожалений. Огр ожесточил свой дух и снова ступил на путь, указанный старейшинами его народа. А следующим шагом, который позволит ему продолжать и дальше исполнять свой долг, была необходимость убраться из этого мерзкого города. С него хватит зловония улиц и несчастных душ, крадущихся в маслянистой тьме.
Скрываясь под черно-золотым плащом городской стражи и пряча лицо, огр шел по улицам города, сгорбившись, чтобы скрыть свои размеры. Впрочем, Тол'чак не сомневался, что в таком отвратительном городе присутствие огра из высокогорий вызовет лишь осторожный интерес, касающийся цены снятой с него шкуры.
Крал вел за собой маленький отряд, держа топор на виду. Могвид прилип к тени Тол'чака, точно мышка, прячущаяся за быком. Через некоторое время горец остановился на пересечении двух узких улиц и принялся сердито осматриваться. Земля здесь была разбита колесами фургонов, повсюду виднелись навозные лепешки и мусор, который выбрасывали из близстоящих домов. Из окон второго этажа выглядывала парочка женщин.
Одна из них плюнула в Крала — и попала. Он вытер щеку краем плаща.
— Уносите отсюда свои задницы! — храбро выкрикнула женщина. — Нам здесь стража ни к чему. Мы заплатили налоги еще в прошлую луну. Валите с нашей улицы!
Тол'чак еще глубже натянул на голову капюшон плаща. Судя по всему, здесь не слишком жаловали стражу.
Крал, не обращая внимания на вопли, оглянулся на огра.