Самым последним сдался Тейгур. Сначала он стал сдержанно хвалить меня за вкусные блюда и помощь Гале. А после того, как однажды во время обсуждения текущих дел в бизнесе, я решилась и озвучила своё видение некоторых возникших проблем и способы их решения, начал интересоваться и моей точкой зрения. И хотя я не всегда могла предложить что-то дельное, он никогда не фыркал и не морщился, сразу отметая мои идеи, а спокойно указывал на мои ошибки в суждениях и их последствия.
Прожив в доме две недели, я стала замечать, что всё больше привязываюсь к этой семье и чувствую ко всем едва ли не щенячью преданность. В каждом из домочадцев нашлось масса положительных качеств, и с каждым из них мне было интересно общаться. Исключение составлял только Савояр, потому что я продолжала избегать его. Хотя порой ловила на себе его пристальные взгляды и его тон, когда он обращался ко мне, изменился. Стал более доброжелательным что ли. А иногда мне вообще казалось, что я слышу в нём нежность, и в душе начинало твориться такое, что я уже не просто краснела, а пылала от смущения. Но я тут же пресекала все идиотские мечты на его счёт, и старалась первой не обращаться к нему.
В общем, жизнь начала налаживаться, и я уже окончательно решила для себя, что если Гала и по истечению месяца предложить мне остаться у них в доме, я с радостью соглашусь, и даже готова делать всю работу бесплатно, только чтобы чувствовать себя хоть каким— то боком причастной к этой дружной, радушной семье.
Шёл уже пятнадцатый день моего пребывания в доме. Мы с Галой накормили всех обедом и уже занимались уборкой со стола, как в кухне забежал Грон и с надеждой посмотрел на меня.
— Что, впереди выходные и сегодня уроки делать не надо? — весело спросила я.
— Ага!
— Может, когда я освобожусь, пойдём на улицу и слепим снеговика? — предложила я.
— А потом в снежки поиграем!
— Согласна!
— Идите, я сама уже закончу, — Гала с улыбкой начала выпроваживать нас с кухни. — И Грон, не надо Дарью полностью вывалить в снегу, как в прошлый раз.
— То я сама была виновата, — защищая паренька, ответила я. — Не устояла и упала в снег.
— Видела я, как ты упала и как этот негодник начал тебя забрасывать снежками, — рассмеявшись, произнесла она, а потом строго посмотрела на младшего сына. — И держись, пожалуйста, на двух ногах.
Услышав такое наставление, я улыбнулась. Грон на самом деле иногда становился на четвереньки и довольно быстро бегал в таком положении, вызывая у меня удивление своими способностями, и одновременно с этим смех. Правда, когда один раз, дурачась, он начал и подвывать, меня пробрала дрожь, потому что я вспомнила свою встречу с волками. Но быстро поняв, что мне это пугает, он больше никогда так не делал.
— Хорошо, — он виновато посмотрел на мать, а потом расплылся в улыбке и весело спросил: — А морковку дашь для снеговика?
— Дам! Идите пока одевайтесь, а я достану её из кладовки.
Через полчаса мы с усердием уже скатывали снег во дворе и соревновались, у кого быстрее получится сделать ком больше. А когда дело дошло до лепки самого снеговика, оказалось, что мы перестарались, и теперь не можем сложить из огромных комьев снеговика, потому что не хватает сил поднять их.
— Нам нужна помощь, — после пыхтений и кряхтений, констатировал Грон и звонко крикнул: — Савояр! Ты нам нужен!
— Ой, не зови брата, — попросила я. — Давай просто слепим комки поменьше.
— Тогда снеговик будет меньше, а так не интересно! Надо чтобы он был гигантским!
— Савояр, наверное, будет недоволен, что мы отрываем его от работы, — пробормотала я и вздохнула.
— Нет, он всегда с радостью мне помогает! — ответил Грон и улыбнулся. — О, вон он уже идёт к нам!
Повернувшись, я увидела Савояра, направляющегося к нам, и отошла в сторону, чтобы меньше маячить у него перед глазами.
— Ну, в чём тут проблема? — весело спросил он. — Поди, не можете оторвать от земли свои маленькие комочки снега, да?