– Был под Йорвиком?
– Мы опоздали, – ответил я. – Только что приплыли из Ирландии. Мое имя Фолькмар.
– Энар Эриксон, – представился он.
– Нельзя сбавлять ход. За тем холмом – саксы. – Я кивнул в сторону юга.
– Гонятся за нами? – Энар встревожился.
– Просто разведка. Они были далеко и не видели нас. Но останавливаться все равно нельзя.
Энар сделал знак своим идти дальше. Некоторые женщины заплакали, когда их стали побуждать тычками длинным древком, но кое-как поднимались.
– Лучше бы мы их просто перебили, – буркнул Энар, мрачно глядя на пленников. – Рабов нам и так хватает. А эти больные и тащатся еле-еле.
– Но за них все равно можно выручить серебро, – заметил я.
– Где? В Дифлине и без того рабов хватает.
Дифлин, как я знал, являлся крупнейшим поселением норманнов в Ирландии, а также крупнейшим невольничьим рынком на западе. Большинство рабов доставлялось во Франкию или сбывалось в Лундене, но эти рынки находились далеко, и из Кумбраланда до них нелегко добраться.
– Рабы есть рабы, – уклончиво сказал я. – Они все стоят денег.
– Тогда хотя бы проклятых детишек перебить, – заявил Энар. – Мы бабам всегда новых сможем сделать. – Он хмыкнул.
– Так чего медлишь? – спросил я. – Раз они тебя задерживают, – продолжил я, – то почему ты не перебьешь мелких ублюдков?
Энар скривился:
– За молодых дают хорошую цену.
– Но шум от них просто жуткий. – Я замолчал, заметив, что на линии горизонта впереди появились четыре всадника. Четыре всадника, галопом мчащиеся к нам. – Это кто такие? – спросил я.
Энар выругался и повернулся в седле.
– Поторопите их! – крикнул он своим людям. Те усерднее застучали древками копий по женским спинам.
Мне тоже хотелось выругаться. Я намеренно повел с собой вниз по склону малое число воинов в расчете обратить в свою пользу неожиданность нападения, но теперь мы оказались вдесятером против тринадцати. Как я заметил, все четверо подъезжающих всадников были в серых волчьих накидках. Это ульфхеднар? Ехали они на хороших конях, под мехом поблескивали кольчуги, гребни шлемов украшены волчьим хвостом. Их командир, или, по крайней мере, предводитель, скакал на здоровенном вороном. У воина была длинная светлая борода, а шлем окован серебром. Выглядел он молодо, но вид имел надменный, что говорило или о знатном происхождении, или о ранних успехах.
– Не можете поспевать, мы вас бросим! – заявил он Энару, подъехав ближе. – Заставь потаскух идти быстрее!
– Господин, мы стараемся, – ответил Энар.
– Тогда старайтесь лучше. Убейте-ка самую уродливую для примера. – парень натянул поводья и посмотрел на меня. – Ты кто такой?
– Фолькмар, господин, – скромно ответил я.
Он явно обратил внимание на мою дорогую сбрую, кольчугу и шлем.
– Откуда ты? Я тебя раньше не видел.
– С Риббеля.
– Господин, это дядя Арнборга, – пришел на помощь Энар.
– Дядя Арнборга погиб под… – начал было юнец, а потом ухватился за меч.
Я уже тащил Вздох Змея, и он покинул ножны раньше, чем клинок норманна. Но тот был быстр. Я рубанул обратным замахом, но юнец успел пригнуться и тронуть коня, и Вздох Змея бессильно скользнул по гребню его шлема. Он тоже ударил с неудобной руки и тоже недостаточно сильно, чтобы прорубить кольчугу под моим плащом. Норманн находился справа от меня, но слева налетал один из его спутников, намереваясь протаранить Тинтрега конем. Нападающий наполовину успел вытащить меч, когда я рубанул Вздохом Змея по его лицу, располосовав до крови. Потом тронул коня вперед, повернулся направо и увидел, что юнец в окованном серебром шлеме совсем близко. Он был быстр, он был хорош. Я только начал второй обратный замах, а он уже нанес укол мне в бок, и выпад этот наверняка пронзил бы кольчугу и вошел в живот, если бы лошадь его не споткнулась о большой камень, которыми дорога была обложена по краю. Лошадь качнулась, выпад ушел вбок, а Вздох Змея точно ударил его по задней стороне шлема. Клинок разрубил металл и впился в череп. Мне в глаза брызнула алая кровь, а парень повалился из своего богатого седла.
Я развернул Тинтрега. Еще один закутанный в волчью шкуру воин летел на меня, занеся меч для удара. Я с силой пришпорил коня, ощутив прилив боевой ярости. Скакун прыгнул вперед. Меч пошел вниз, но, поскольку мы сближались слишком быстро, я врезался плечом в держащую его руку противника в тот самый миг, когда Вздох Змея впился ему живот, пронзив кольчугу. Я принял в сторону, провернув меч в ране и используя силу Тинтрега, чтобы высвободить клинок. Теперь передо мной оказался Энар. Он обнажил меч, но словно окаменел, то ли от страха, то ли от холода. И пока он колебался, я ударил его Вздохом Змея по предплечью, заставив выронить оружие, а промчавшись дальше, врезал по тыльной стороне шлема. Бил я плашмя, и Энар рухнул на лошадиную гриву. Не будучи уверен, что он оглушен, я двинул ему по голове рукоятью, потом подхватил его лошадь под уздцы и стянул ее с дороги. Берг, на противоположном краю тракта, воткнул меч в брюхо одному из всадников и отрубил руку с оружием – у второго.