Когда мы въехали на гребень, я еще раз оглянулся и увидел, что враги бросились в погоню.
На нас началась охота.
Глава пятая
План заключался в том, чтобы отойти на юг, а едва мы окажемся вдали от дороги, повернуть на восток, к Эофервику. Женщины видели, что мы пошли в южном направлении, и сообщат об этом Скёллю. Я уповал на то, что преследователи пойдут в сторону Мерсии по ложному следу. но надежда быстро умерла: разведчики ярла уже мчались вверх по склону и вскоре увидят, куда именно мы движемся. Нам просто не хватило времени.
В любом случае я решил идти на восток.
– Туда! – крикнул я Финану, показав рукой направление, потом погнал Тинтрега к нему. – Мерзавцы гонятся за нами!
Финан непроизвольно оглянулся, но преследователи еще не показались.
– Что делать?
– Поскачем в восточном направлении и будем надеяться, что сможем быстро вернуться на дорогу. – Я обвел взглядом пустую пока линию горизонта. – Не станут же они преследовать нас вечно.
– Хочется в это верить, – эхом отозвался Финан.
Это моя вина. Выяснить, что произошло в Эофервике, можно было и попозже: для Сигтригра это не имело никакой разницы – он либо жив, либо мертв. Но я поддался нетерпению, и теперь у нас на плечах сидела маленькая армия мстительных норманнов. Проклятие действовало! Мне стоило не разыскивать Бедвульфа, а отправиться прямиком домой. Теперь, напав на людей Скёлля и захватив пленников, я перестал быть охотником и превратился в дичь. Оставался еще маленький шанс на то, что Скёлль решит, будто мой отряд – только авангард нортумбрийской армии и основные силы неподалеку. Покуда норманны видели лишь горсть моих людей, но вскоре их разведчики выяснят, что нас более девяноста человек. С какой стати затевать бой, который сулит Скёллю Гриммарсону только дополнительные потери? Хотя шанс был слабенький.
Я обернулся и бросил взгляд на гребень. План спуститься наискось по склону с другой стороны холма, чтобы снова выйти на дорогу, потерпел крах. С гребня я увидел пять или шесть десятков норманнов, скачущих по долине на восток наперерез. Еще большее количество северян мчалось за нами. Два отряда преследователей. Скёлль Гриммарсон решил поймать нас в капкан.
Чтобы выбраться из клещей, я повернул на юг.
Мы превосходили числом меньший из отрядов, который скакал на восток вдоль дороги, но нападать на него смысла не было. Могли бы развернуться, галопом слететь с холма и опрокинуть этот заслон, но я не мог позволить себе терять в схватке людей и лошадей. Кто-то окажется ранен, и мне придется либо бросить их на милость Скёлля, либо тащить с собой во время отступления. И это если нам удастся отступить, потому как более крупный отряд норманнов наверняка поспешит на выручку своим товарищам. Так что единственным шансом было бежать на юг и молиться о скорейшем приходе ночи, до которой оставалось еще два или три часа.
Впрочем, осознав настоящую нашу численность, ближайшие преследователи придержали коней. Норманны превосходили нас, но выигрывали от схватки столь же мало, как и мы, – до тех пор, пока к ним не подойдет подкрепление, обеспечив легкую победу. Перевалив через еще один холм, мы обнаружили протоптанную в вереске скотом тропу и, следуя по ней, прибавили хода. Перед нами простирался склон, упиравшийся в поля. Я заметил поднимающийся дымок от невидимого пока поселения. Где-то впереди, очень далеко впереди, лежала Мерсия, но помощи оттуда ожидать не стоило. Обитатели здешних ферм были поголовно даны, а даны, живущие в южной Нортумбрии и северной Мерсии, приучились вести себя осторожно.
– Господин! – окликнул меня Финан.
Я обернулся и увидел небольшую группу молодых норманнов, нагоняющую нас. Они гнали галопом, не разбирая дороги, и каждый держал копье. Их было всего восемь. Что могли восемь человек сделать против девяти десятков?
Могли задержать нас и добились этого. По преимуществу эти восемь держались позади, но время от времени переходили в галоп, обозначая угрозу. И всякий раз мы были вынуждены повернуться к ним, а они же уклонялись в сторону, избегая боя. Каждая остановка и каждый разворот замедляли наше продвижение. Снова и снова юнцы наскакивали, а потом сворачивали, и снова и снова нам приходилось встречать их лицом к лицу, а я знал, что более многочисленные отряды врага нагоняют нас. Требовалось поторапливаться, поэтому я отдал Финану под начало двадцать воинов и приказал им двигаться справа от дороги, а еще двадцати под командой Берга – слева. Они по очереди перехватывали назойливых преследователей, давая возможность остальным идти дальше без помех.