– Христос на кресте! – воскликнул один из воинов. – Мне казалось, этот ублюдок никогда не закончит свою проповедь. Эй, ты! – последние слова адресовались одному из слуг. – Эля нам! С пряностями!
– И еды! – добавил другой.
Пришельцы скинули плащи, и я положил ладонь на рукоять Вздоха Змея, потому что эти промокшие плащи были красными, а мне известен только один человек, настаивавший на том, чтобы его люди носили плащи именно этого цвета.
– И еще, мы сядем у огня, – заявил первый с непринужденной властностью господина, привыкшего всегда получать желаемое. Он был чисто выбрит, а длинное лицо не обезображено следами болезни или войны. На шее и запястьях у него блестело золото. Он направился к очагу, а потом узнал меня и замер. Я заметил, что во взгляде его мелькнул на миг страх, но тут же исчез, когда он пересчитал нас и понял, что воинов при нем в два раза больше.
– Я сказал, что мы сядем у огня, – с вызовом обратился он к нам.
Это был Этельхельм Младший, отец которого умер пленником в Беббанбурге, а сестра стала женой моего сына.
– Очаг нам еще нужен, – возразил я.
Дружинники Этельхельма обступили нас, положив руки на эфесы мечей. Сварт встал. Он был настоящий великан, такой высокий, что ему пришлось пригнуть косматую голову, чтобы не удариться о закопченные потолочные балки таверны.
– Уже несколько дней не убивал ни одного сакса, – пророкотал он. Сказано это было на норманнском, люди Этельхельма его не поняли. Однако его могучую фигуру видели все, и никто не горел желанием с ним связываться.
– Король находит твое общество неприятным, – заявил я. – От тебя смердит, как от помета ящерицы.
– Король? – Этельхельм на миг смутился, решив, что я имею в виду Эдуарда.
Потом Сигтригр встал рядом со Свартом, и вид у него тоже был пугающий. Лицо у него суровое, как клинок, – одноглазое лицо воина, прошедшего слишком много битв, чтобы оробеть перед какой-то потасовкой в таверне.
– Так что примостись в дальнем конце комнаты и постарайся не пердеть, – отрезал я.
Один из людей Этельхельма, самый храбрый, сделал шаг вперед, но священник оттащил его.
– Никаких драк! – заверещал он. – Таков указ короля! Никаких драк. Под страхом гибели ваших бессмертных душ!
На мгновение в комнате воцарилась тишина. Потом Этельхельм сплюнул в нашу сторону:
– Тут смердит язычниками. Мы найдем другое местечко, чтобы выпить.
Они накинули плащи и снова ушли в дождь. Объятый гневом на Скёлля, я почти позабыл про других своих врагов. И самый непримиримый из них находился сейчас в Тамвеортине.
И так же, как и я, жаждал мести.
– У него тут сто двадцать дружинников, – сообщил Финан.
Я выругался:
– А у меня есть ты и Берг.
– Ну, Этельхельм наверняка обмочился уже с перепугу.
Я улыбнулся из вежливости. Нападет ли Этельхельм на меня? Или, скорее, натравит своих людей? Король Эдуард требовал, чтобы во время витана в Тамвеортине не было драк, но он с таким же успехом мог запретить людям не ходить по нужде под церковные стены. На самом деле король это тоже запретил, но все ходили. Вот и драки были всегда. Городок оказался полон мерсийских и уэссекских воинов, и, хотя Эдуард был королем обоих государств, особой любви между их обитателями не наблюдалось. Так что да, Этельхельм вполне мог попытаться убить меня. Разумеется, он позаботится при этом, чтобы никто не обвинил его как заказчика покушения.
– Скорее всего, сегодня ночью, – предположил Финан.
Дело было вечером в день праздника Эостры, мы сидели в «Буйволе» у очага. По крыше шуршал дождь.
– Ну, значит, будем сидеть здесь, – предложил Берг.
Финан пожал плечами:
– Тогда он таверну дотла сожжет.
– И весь город с ней? – с удивлением спросил Сигтригр.
– Ему, господин, до этого города как до крысиной какашки, только бы сплясать на костях лорда Утреда, – ответил ирландец.
– В такой дождь поджог устроить непросто, – заметил Берг.
И как раз в этот миг в дверь таверны замолотили.
– Вот дерьмо! – воскликнул король Нортумбрии.
Финан подошел к окну, выглянул на улицу через щелку в ставнях и выругался.
– Темно, ничего не видно, – буркнул он.
Стук возобновился. Финан встал с левой стороны от двери, а Сварт – с правой. Оба обнажили мечи. Берг и шестеро воинов Сигтригра построились за тяжелой скамьей в паре шагов от входа. Я и Сигтригр расположились рядом со Свартом. Хозяин таверны, сакс, живо выпроводил двух служанок через черную дверь. По двери замолотили в третий раз, более настойчиво. Я кивнул Финану, ирландец подтолкнул снизу тяжелый запорный брус, и тот упал.