— А если с тобой что-то случится? — выдохнула она. — Кто мне тогда поможет с проклятием?
— Да чем я помогу? Я соврал. Я просто прицепился к Деррику и трачу его деньги. Дурачу вас. Понятно тебе?
Лили в недоумении отпустила его руку. Она не поверила ни единому слову, но настойчивость Ральфа вынуждала поддаться. Как ни посмотри, его доводы разумны. А сейчас, препираясь, они тратили драгоценное время впустую.
Будь проклят день, когда Маргарет придумала эту затею с Севером. Но сделанного не вернуть. Лили выпрямилась. Да какое ей дело, замерзнет насмерть Ральф или нет? Увидятся они еще или нет? Нечего тянуться к человеку, который всего лишь отнесся к ней с пониманием. Хватит выдумывать друзей из пустоты. С одним Дерриком бы разобраться.
— Если не найдешь нас, — сказала она, — ты уж не серчай.
Ральф только кивнул в ответ. Еще несколько секунд Лили помялась — решение оставить его казалось непоправимой ошибкой. Потом развернулась и побежала.
Вместе с бешеными ударами сердца в голове бились беспокойные мысли: что ждет в доме под номером шестнадцать? Вдруг Деррика там нет? В конце концов, это всего лишь допущение. Он мог заблудиться, не дойти, упасть где-нибудь и расшибиться. Или его обобрали, избили; обнаружили, что документы фальшивые, отвели в полицию, посадили в тюрьму. И что тогда Лили сделает для него — совсем одна в чужом городе?
Шаг за шагом, квартал за кварталом — Деррик не находился, страх усиливался. По дороге Лили дважды поскользнулась на льду и упала. После второго раза — заплакала. Ветхие штаны порвались на коленях, ветер принялся кусать ноги. Прохожие глазели на нее, пожимали плечами. Кто-то предложил помощь, но она даже не взглянула на этого человека. До заветного адреса дотащилась в полуобмороке, перестав обращать внимание и на погоду, и на окружение. Едва успела подметить номер на дереве — миновав нужный дом. Толкнула калитку. Рухнула на землю.
Деррика нигде нет! — кричало внутри. Лили смотрела на примятую траву, покрытую инеем, на грязные остатки паутины, раскачивалась из стороны в сторону и не могла подняться. Острые камни, запах снега, собственное тяжелое тело — все казалось бессмысленным.
Послышался скрип открывшейся двери, но Лили не удивилась, даже не подняла голову — хотя видела, что дом заброшен. Раздались тихие шаги, а затем перед глазами оказались мужские ботинки. У правого — стертый носок; Лили вспомнила, что замазывала эти царапины кремом для обуви, если надо было выезжать в город.
— Джейк, — произнесла она на выдохе.
Он протянул руку; он улыбался.
========== 17. Бессердечный ==========
— А я ведь предупреждал: чужие проблемы тебя не касаются, — сказал Джейк. — Помнишь? Я велел сидеть дома. Но ты не послушалась. Глупая! Сколько нажила неприятностей.
Его голос, обычно внушавший спокойствие и уверенность, сейчас вызывал ужас. И как Лили могла выносить близость с этим человеком? Какое зелье ее усыпляло вплоть до встречи с Дерриком? Волны паники накатывали одна за другой. Что угодно — кто угодно — только не Джейк. Лили отшатнулась, отползла назад.
— Погляди, куда тебя занесло, — невозмутимо продолжил он. — И это вместо тихого семейного счастья со мной. Ну кому ты тут нужна?
Лили встретилась с ним взглядом и ощутила себя полным ничтожеством, сонной пустышкой без собственной воли. Еще слово, секунда рядом с ним — и либо она омертвеет окончательно, либо сойдет с ума. Что, в сущности, одно и то же.
Эта мысль оказалась весомее паники. Откуда-то взялись силы, и Лили вскочила на ноги. Бессонная ночь, голод, мороз и усталость — все потеряло значение. Остался только животный страх — и желание отстоять себя. Она уже приготовилась бежать, когда Джейк вскользь добавил:
— Кстати, Деррик-то у меня.
— А? — Это был удар ниже пояса. Лили разом обмякла и застыла на месте. Все попытки сопротивления обратились в ничто.
— Как предсказуемо, — фыркнул Джейк, схватил ее за руку и потащил в дом.
Лили брела за ним, оглушенная, сосредоточенно разглядывая комья земли под ногами. Подобно тому, как Ральф на днях очистил ее мысли одним лишь взглядом и прикосновением, Джейк сумел сковать разум в какие-то полминуты. Если бы он сейчас дал ей пистолет и велел застрелиться — она бы беспрекословно послушалась. И самое жуткое, что оцепенение казалось знакомым. Да, именно так Лили жила давно-давно, дома: не имея собственного мнения, не смея поднять глаз. Со встречи с Дерриком клетка распалась, выпустила другую — бесконтрольное чудовище; после столкновения с Ральфом другая притихла и трусливо молчала, стиснутая глубоко в сердце. Но будто и не было этой войны сущностей внутри Лили — стоило оказаться рядом с Джейком, как она вернулась в забытое снулое состояние. С той лишь разницей, что теперь она прекрасно осознавала, в каком положении находится. Прежняя Лили любила Джейка и принимала власть над собой как нечто естественное; нынешняя — ненавидела всей душой, но не могла и рта раскрыть.
Так она и не очнулась бы, утопая в беспомощности и презрении к себе, если бы Джейк не выпустил ее ладонь и не издал удивленный возглас. Мгновение его растерянности придало Лили сил. Словно развеяло внутренний морок. Она оторвала взгляд от пола — и вскрикнула сама.
В углу, будто бездомная черная кошка, притаилась Мэри Ди. Ее было не узнать: немытое лицо с налипшей пылью, свалявшиеся волосы. Одной рукой она обнимала Деррика, а другой зажимала рану у него на боку. Кровь запачкала рукава и подол ее поношенного платья; одежда Деррика тоже пропиталась красным. Он лежал без чувств.
В этот миг его боль оказалась важнее страха. Лили потянулась к нему, но Джейк вновь поймал и сильно сжал ее ладонь. Будто снотворное разом выключило голову: все поблекло, стало казаться ненастоящим, конечности отяжелели. Внешний мир отодвинулся в сторону, мигнул и утратил значение. Лили позабыла, что пыталась сделать и зачем; даже ненависть к Джейку куда-то делась, превратилась в нелепицу.
Лили опустилась на колени, бессильно повисла на его руке. Глаза вернулись к полу, к собиравшейся лужице крови. Ах да, Деррик. Рана серьезная; он может умереть — мысли плавали в апатичном тумане и постепенно теряли последний налет важности, распадались на бессмысленные сочетания образов. Смерть — ну и пусть, и что такого? Ведь Лили и должна убить Деррика. И он не хотел жить. И она уже расправилась с ним — много раз во сне. В сущности, какая разница, тогда или теперь? Он обречен, и Лили всегда это знала. Он был мертв, когда они познакомились.
Остатки эмоций вязли где-то во внутреннем болоте. Лили почти задремала, когда Джейк нарушил обвившую всех тишину.
— Ну и как ты тут оказалась? — обратился он к Мэри Ди. — Тоже случайно прочитала объявление в газете?
— Пф, — ответила та, — я общалась с Маргарет, которая его и дала.
Ее голос, звонкий и насмешливый, прорвался сквозь тяжелый туман в голове, помог отчасти вернуть контроль над мыслями. Даже получилось поднять голову; Лили сосредоточенно стала смотреть на Мэри Ди, черпая силы в ней. Вот она — стойкая и отважная — говорила с Джейком на равных. Ничего не боялась и отвечала за себя. Недостижимый идеал.
— И не сказала мне? — упрекнул ее Джейк. — А если бы я не увидел?..
Мэри Ди смахнула упавшую на лоб прядь волос. Дерзко улыбнулась. В этот миг Лили завидовала ей.
— А может, я и хотела, чтобы ты не увидел.
— Вот и связывайся с бабами… — простонал Джейк. — Одна от меня сбегает, вторая предает, а теперь и третья туда же. Тебе чего вообще надо?
— Да так, ничего. Проходила мимо. Затаилась во дворе. А когда ты вышел — я влезла в окно и…
Не договорив, она изменилась в лице и быстрым движением извлекла из-за спины Деррика револьвер. Направила на Джейка.
— Не буду дальше дурочку строить. Я знаю: ты тоже вооружен. Доставай, что у тебя там, — в ее голосе зазвучали стальные ноты.
Джейк даже не вздрогнул. И не выпустил руку Лили — а та ни о чем другом и мечтать не смела.