Спорт не подвел. Взбодрившийся и раскрасневшийся, чувствуя, как горячая кровь вымывает из тела остатки боли, он пошел в туалетную комнату.
Наталья не без основания считала, что если ей в чем‑то и повезло, так это с жилищем.
Дом был типичной новостройкой второй половины тридцатых, так называемой 'второй волны', когда первый жилищный аврал слегка спал, и от чисто коммунального строительства стали постепенно отказываться в пользу полукоммунального. Типовая шестиэтажная восьмигранная башня — карандаш с двором — колодцем, была построена по — американской методике так называемых 'модулей' — каждый такой 'модуль' был рассчитан на две семьи и состоял из общего коридора, четырех сдвоенных комнаток и общих санузла с кухней. По буржуинским стандартам это была форменная конура, но для людей, хорошо помнящих бараки и землянки, это были настоящие дворцы. Самое главное, их строили быстро и достаточно много, даже сейчас, несмотря на военное время. По слухам, в скором времени ожидался переход к еще более простому и массовому 'третьему проекту' — четырехэтажным 'моноблокам' с полностью отдельными квартирами, но все это было делом будущего.
Она же радовалась тому, что было, всеми силами стараясь превратить маленькое жилье в уютный и милый приют, украшая его цветами, небольшими вышивками и прочими милыми женскому сердцу мелочами. В последние месяцы, правда, времени почти не оставалось, но она все равно положила себе за правило хотя бы пять минут в день посвящать созданию домашнего уюта.
Утро прыгало по комнате солнечными зайчиками, стучалось в окно воробьиным чириканием и шумом проснувшегося города. Сегодня у нее был выходной, Аркаша сам проснулся, собрался и ушел в школу, можно было поспать подольше. Но ее разбудили, причем очень необычным образом.
За стеной лилась вода, кто‑то довольно шумно умывался, плескаясь и негромко напевая. Голос был довольно приятный, своеобразный вариант мужественного баса, но вот на ухо певцу наступил большой, косолапый медведь. Кроме того, у него было плохо с переходом к высоким нотам и, стараясь вытянуть особо душевную строку, певец часто срывался на фальцет. Умывался он довольно долго, успев спеть 'Вихри враждебные' и вольный вариант 'Ленин и Сталин — мудрость в веках!', затем пропел несколько строчек на неизвестном ей языке, похоже, каком‑то восточном. Вода плеснула особенно шумно, и в такт ей неизвестный громко проскандировал:
— Солнце встает над Ордосом, мы идем на восток!
Пусть самурай точит кинжал, у нас готов пулемет!!
Шум смолк. Босые ноги бодро прошлепали по коридору, снова стукнула дверь. На мгновение Наталью захлестнул привычный страх — муж, бывший муж вернулся. Но Дмитрий никогда не пел во время умывания, и он уже давно ломился бы в дверь, отнюдь не с песнями…
Она вспомнила ночной поход, неожиданную встречу и нового соседа. Ой, как невежливо получилось, она даже не спросила его имя… Надо было идти знакомиться. И завтракать.
Они столкнулись в коридорчике, одновременно открыв двери своих комнат. Он с некоторым изумлением взглянул на нее, слегка приподняв бровь.
— Доброе утро. Извините, я, наверное, побеспокоил вас. Думал, что никого нет дома, будний день. И я слышал, как кто‑то уходил утром.
— Это был сын. Он второклассник, — пояснила она. — А у меня сегодня выходной…
— А — а–а, — понимающе кивнул он. — Тогда давайте знакомиться. Я — тов… Шанов. Боемир Ефимович Шанов.
— Наталья. Коновалова.
— Приятно познакомиться. Теперь извините, дела утренние. Совершенно не ждут.
— Да, да, конечно…
Держа на весу авоську с продуктами, он прошествовал на кухню, она последовала за ним.
Кухни во 'втором проекте' были на удивление большими. Нашлось место для титана, питающего теплой водой санузел и кухонную раковину, довольно большого стола, нескольких шкафчиков и новинки прогресса — двухконфорочной газовой плиты. Такие стали ставить в жилые дома лишь год назад, планировалось достаточно быстро охватить газификацией большую часть жилого фонда, но война властно вмешалась в гражданскую жизнь.
Аркадий, позаботился о маме и здесь, на столе стоял заботливо прикрытый салфеткой стакан еще теплого чая, на маленьком блюдечке — бутерброд с маслом.
— У вас хороший и заботливый сын, — заметил Шанов, зажигая газовый огонь.